Аплодисменты

Александр МЕЛЬНИК_РУССКАЯ ЛИРА В СТЕПЯХ УКРАИНЫ

География поэзии русского зарубежья

 

Александр МЕЛЬНИК (БЕЛЬГИЯ)[1]

 

РУССКАЯ ЛИРА В СТЕПЯХ УКРАИНЫ

Об украинской поэзии на русском языке

 

Современная русская поэзия Украины? Что тут можно добавить – о ней уже всё сказано… Вы тоже так считаете? И вы ошибаетесь! Ибо аналитических публикаций на эту тему… практически нет. Создавать всестороннюю картину мне пришлось по опубликованным крохам, а также по информации, полученной из первых рук от украинских консультантов, имена которых, по закону жанра, будут раскрыты в самом конце. Сразу оговорюсь, что выбранный формат статьи не позволил мне пространно рассказывать об упоминаемых поэтах и цитировать их стихи. Речь пойдёт лишь об обзоре персоналий в региональном контексте, а также о самых общих тенденциях и закономерностях местной поэтической жизни.

 

  1. I. ФЕНОМЕН РУССКОЯЗЫЧНОЙ ПОЭЗИИ В ПОСТМАЙДАННОЙ УКРАИНЕ

 

Пасмурным субботним утром 18 января 2014 года я прогуливался по киевскому Майдану, с интересом поглядывая то на стоявшую посреди площади обвешанную жёлто-голубыми флагами новогоднюю «ёлку-муляж», то на Деда Мороза, зазывавшего прохожих сфотографироваться, то на малочисленные колонны демонстрантов, неспешно дефилировавшие между вросшими в асфальт палатками. В воскресенье самолёт умчал меня в Брюссель, и только дома, в Льеже, я узнал о начавшихся 19 января драматических событиях, чуть позже получивших название Евромайдан. Эти события изменили весь облик страны, попутно затронув и её поэтический ландшафт.

 

О слове «русскоязычный»

 

В последнее время нередко можно столкнуться с неприятием этого привычного за пределами России определения – часто без объяснений, просто на иррациональном уровне. В предисловии к антологии «Киевская Русь» одна из её составительниц, ныне покойная Ольга Бешенковская даже усмотрела в этом слове некий шовинизм: «…Мне вообще кажется, что русская поэзия Украины (хочется уйти от в чём-то шовинистического, причем, обоюдно шовинистического термина «русскоязычная»…) немножко другая, чем, скажем, в Петербурге»[2]. А ведь эта антология вышла в свет ещё до первого Майдана 2004 года! Не знаю, не знаю… В двуязычной Бельгии слова «франкоязычный» и «нидерландоязычный» очень даже помогают населению понять who is who и никого совершенно не шокируют.

 

Отличается ли украинский русский язык от российского русского?

 

Строго говоря, никаких лингвистических особенностей нет – в Украине используется стандартный русский язык. Но некоторые отличия всё же имеются. Спецификой русскоязычной прессы и литературы Украины можно назвать использование украинизмов, в том числе официальных названий в украинском написании (Рада вместо Совет, городской голова вместо мэр или градоначальник и т.д). Нередко встречаются отступления от норм русского языка: сюдою и тудою (вместо «этим путём», «тем путём»), смеяться с (вместо «смеяться над»), додому (вместо «домой»), скучаю за тобою (вместо «скучаю по тебе») и др.[3]. В Украине предпочитают говорить занять вместо «одолжить», мало́й и мала́я вместо ма́лый и ма́лая, позвонить до кого-товместо «позвонить  кому-то», кулёк вместо «пакет», та вместо да, и т.д.. О написании в Украине вместо «на Украине» можно дебатировать до бесконечности (этот вопрос из сферы языка давно перешёл в область политики). Я уже не говорю о практически повсеместно распространённом использовании суржика – смешанной украинско-русской речи.

Вопрос в том, проникают ли все эти особенности «украинского» русского языка в стихи местных русскоязычных поэтов? Очевидно, что да, проникают и иногда придают этим стихам неповторимый колорит. Этот вопрос ещё ждёт своего исследователя. Но по большому счёту, эти незначительные диалектные различия одного и того же русского языка погоды не делают.

 

Своеобразие русскоязычной поэзии Украины в сравнении с российской поэзией: миф или реальность?

 

Гораздо больше, чем украинизмы, на творческий почерк украинских русскоязычных поэтов влияет иная культурная среда– та самая призма, через которую поэты общаются со своими Музами. Стилевое и  художественное своеобразие русских поэтов Украины, несомненно, существует – так же, как есть оно у поэтов разных регионов внутри самой России. Но этот вывод справедлив скорее для тех, кто родился и вырос в Украине, чем для приехавших сюда в сознательном возрасте из других стран. Фольклоризмы, необычный образно-тематический строй и тёплые южные интонации кабановского «Бэтмена Сагайдачного» – один из наиболее убедительных примеров феномена «южнорусской поэтической школы».

 

Какая разница между русскоязычным поэтом Украины и украинским русскоязычным поэтом?

 

Кого можно назвать русскоязычным поэтом Украины? С формальной точки зрения ответ простой – любого автора, пишущего стихи на русском языке. Однако ответ становится не таким очевидным, если мы хотим определить принадлежность поэта (не всегда им самим осознаваемую) к поэтической культуре Украины. Подобно тому как в рамках всевозможных конкурсов «Эмигрантской лиры» принадлежность поэта к «эмигрантам» и «неэмигрантам» основывается не на документах, а на самовосприятии себя автором, так и тут – русскоязычный поэт Украины является украинским русскоязычным поэтом (или просто украинским поэтом) тогда и только тогда, когда он сам себя так идентифицирует. Дело не столько в языке, сколько в гражданской позиции. Как справедливо заметил поэт из Харькова Олег Коцарев, «просто механічно називати російськомовних авторів українськими – не зовсім коректно хоча б тому, що хтось із них буде радикально проти такого означення»[4]. Кстати, практика показывает, что большинство из авторов, называющих себя украинскими русскоязычными поэтами – билингвы. Здесь уместно вспомнить слова Н.В. Гоголя из его письма А.О. Смирновой: «я сам не знаю, какая у меня душа, хохлацкая или русская. Знаю только то, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому пред малороссиянином. Обе природы слишком щедро одарены богом и как нарочно каждая из них порознь заключает в себе то, чего нет в другой: явный знак, что они должны пополнить одна другую»[5]. По мнению украинского русиста-литературоведа, исследователя творчества Н.В. Гоголя Павла Михеда[6], далеко не вся литература, созданная в Украине на русском языке, может быть названа «русскоязычной украинской литературой». Таковой является только созданная в Украине литература на русском языке, имеющая украинскую стилистику (выраженную художественными средствами) и украинскую ментальность. Литература же с русской («российской») ментальностью может именоваться только русской литературой, созданной в Украине.

Можно предположить, что современные молодые русскоязычные поэты Украины охотнее считают себя частью украинской культуры, чем поэты старшего поколения, более ориентированные на внутрироссийскую либо «космополитично-русскоязычную» литературную жизнь. В свою очередь поэт Борис Херсонский считает, что «для того, чтобы всякие вопросы исчезли, вместо термина «украинская культура» нужно говорить – «культура Украины». В этом случае совершенно ясно, что те писатели, которые живут в Украине – неотъемлемая часть ее литературы»[7].

На первый взгляд проблема может показаться надуманной. Однако употребление политкорректного выражения «украинский поэт» без уточнения языка, на котором этот поэт пишет свои стихи, может представлять сложности для читателей. Так, опубликованная в 2016 году в Германии антология современной украинской поэзии «Свiчадо» («Зеркало»)[8], о которой я уже упоминал чуть выше, включает стихи и на русском, и на украинском. Независимо от используемого языка, все 34 автора антологии охарактеризованы, как украинские, что создаёт определённые неудобства при чтении. В кратких биографических справках составители ни разу не использовали прилагательные «русский» и/или «русскоязычный». Как ни крути, для массового и неискушённого во всех этих тонкостях читателя украинская поэзия – это прежде всего поэзия, написанная на украинском языке.

Для избежания слова «русскоязычный», вместо термина «украинские русскоязычные поэты» можно использовать выражение «украинские поэты, пишущие на русском языке». К слову сказать, вышедшая в 2016 году антология «Украинская проза и поэзия на русском языке»[9] должна была первоначально называться «Русская поэзия и проза Украины». Название было изменено после бурного обсуждения в социальных сетях.

 

Русскоязычная поэзия Украины: органичная и оригинальная составляющая украинского литературного процесса или явление российской поэтической жизни?

 

По мнению уже упоминавшегося выше Павла Михеда, русскоязычная литература Украины неоднородна. Одна её часть (возможно, большая) однозначно является составляющей украинского литературного процесса. Другая же часть представляет собой собственно русскую литературу, создаваемую в Украине, тесно связанную с русским литературным процессом и потому не могущую называться только русскоязычной (это определение будет верным, но не полным). Автор интересуется поиском критериев, по которым можно было бы идентифицировать принадлежность русскоязычной литературы Украины русскому или украинскому литературному процессу. «Далеко не всё, что создано на Украине на русском языке, является русским («российским»), равно как далеко не всё, что создано на языке украинском, является украинским…»[10]. Автор не назвал эти критерии, но понятно, что всё упирается не в язык литератора, а в его отношение к украинской государственности. В целом П. Михед не считает возможным отнести русскоязычную литературу Украины к феноменальным явлениям и назвать её органичной и оригинальной составляющей украинской культуры. Причина этого, по мнению литературоведа, заключается в том, что на постсоветском пространстве многие представители национальных литератур нередко использовали или используют язык «метрополии». Широко известны примеры прозаиков Чингиза Айтматова, Василя Быкова, Алеся Адамовича, Юрия Рытхэу и многих других, писавших свои произведения на русском, а затем переводившие на родные языки. Таким образом, «использование языка чужого (но чаще всего близкородственного) народа для создания национальных литературных произведений не редкость, а значит отнюдь не феномен, и знаменует собой процесс взаимопроникновения литератур»[11]. При этом имён украинских (по национальности, а не гражданству) авторов, пишущих на русском языке, в доказательство своему выводу Михед не приводит.

 

Космополитно-русский тренд и региональные векторы современной русскоязычной поэзии Украины

 

Речь идёт о двух направлениях активности русскоязычных поэтов Украины, действующих одновременно. Эти поэты, как и стихотворцы других стран, публикуют свои стихи в любых доступных формах (сборники стихов, толстые и тонкие журналы, сайты, социальные сети и т.д.) независимо от государственных границ, оставаясь при этом формальными или неформальными членами своих региональных поэтических сообществ. Каждое из таких «поэтических гнёзд» имеет своих лидеров, свои тусовки, журналы, отличительные особенности. На сайте «Новая карта русской литературы» русскоязычные поэты Украины были сгруппированы по следующим «гнёздам»: Днепр, Донецк, Запорожье, Киев, Кропивницкий, Крым, Львов, Одесса, Полтава, Сумы, Харьков, Хмельницкий, Черновцы[12]. В этой статье я описываю персоналии пяти различных поэтических регионов Украины (см. ниже). Удельный вес космополитно-русского тренда и регионального вектора в творчестве разных авторов неодинаков. Одни из поэтов ориентированы преимущественно на местных читателей, вторые – на любителей поэзии всей русскоязычной диаспоры (именно русскоязычной, а не русской). Но даже несмотря на свой космополитизм, эти вторые тоже живут в какой-то одной конкретной области Украины, в каком-то одном конкретном населённом пункте. К сожалению, рамки журнальной статьи не позволяют подробно рассказать о вовлечённости даже самых известных украинских поэтов, пишущих на русском языке, в местную поэтическую жизнь. В разделе «Персоналии» я лишь привожу небольшой список наиболее значимых участников и организаторов поэтического процесса в Украине.

 

Как повлияли политические события последних лет на русскоязычную поэтическую жизнь в Украине?

 

Особенностью современной поэтической жизни Украины (по крайней мере, в центральных, восточных и южных регионах) является отсутствие чётко выраженной лингвистической границы. Поэтическими баррикадами в стране, к счастью, не пахнет. Более того, можно говорить даже не о сосуществовании, а о сложившемся симбиозе поэтов, пишущих на русском и украинском языках. На поэтических вечерах (которых проводится немало) звучат стихи и на русском, и украинском языках. Справедливости ради надо сказать, что для поэтов, пишущих на украинском языке, возможностей для публикации в стране больше. Да и сами эти поэты более сплочены и активны. Здесь уместно напомнить, что на протяжении многих лет русскоязычные поэты Украины больше ориентировались на русские издательства. Ситуация изменилась после Евромайдана. Два фактора – рост гражданского самосознания в Украине и проблемы с публикациями в российских издательствах, привели к тому, что многие русскоязычные поэты стали больше издавать свои книги в издательствах Украины. Некоторые из них начали писать на украинском языке или стали больше писать на нём (как, например, Борис Херсонский).

Несмотря на этот поэтико-лингвистический «симбиоз», в свете событий последних лет русскоязычные поэты нередко воспринимаются радикальной частью украинского общества тайными агентами Москвы, «лелеющими под подушкой зачитанные до дыр томики Сергея Михалкова»[13]. Достаточно вспомнить истрию с травлей в Фейсбуке Александра Кабанова из-за его едкого поста о киевском проспекте Бандеры (бывшем Московском проспекте). Даже у менее политизированных украинцев русскоязычные поэты зачастую вызывают если не раздражение, то недоверие (об этом не так давно писал киевский литературный критик Юрий Володарский[14]). В целом, события последних лет негативно отразились на русскоязычной поэтической жизни в Украине. По словам Бориса Херсонского, «призрак «русского мира» встаёт за спинами русскоязычных авторов, какую бы позицию в отношении войны они ни занимали»[15]. Русский язык для части граждан Украины и для многих украинских СМИ стал «языком врага», «языком агрессора», «языком оккупанта». Возможно, больше некоторых украинцев болеющий за судьбу Украины, русский поэт Александр Кабанов с горькой иронией так и назвал свою последнюю книгу – «На языке врага: стихи о войне и мире». Некоторые русскоязычные поэты в приватных разговорах жаловались мне, что у них появилось ощущение изгоя в родной стране. Конечно, никто не запрещает писать стихи на русском языке, но это стало моветоном для патриотически настроенных украинцев. Убийство Олеся Бузины, системные нападения радикалов на здание Российского центра науки и культуры в Киеве – всё это не способствует безмятежной жизни русскоязычной поэзии Украины. В последние два-три года литературные контакты между Украиной и Россией свелись к минимуму.

В творчестве многих русскоязычных поэтов Украины отчётливее зазвучали гражданские ноты. В ущерб лирическому началу, поэзия стала более политизированной и идеологизированной. Некоторые поэты (Станислав Минаков, Герман Титов), не принявшие Майдана, уехали из Украины в Россию. По частному сообщению Андрея Грязова, «золотой век русской поэзии Украины прошёл и не вернётся». А может, дело обстоит так, как рассказал мне Александр Самарцев – перипетии последних лет придали украинской русской поэзии дополнительный импульс? Как бы то ни было, напрашиваются серьёзные исследования роли русскоязычной поэзии в становлении независимого украинского государства и вклада русских поэтов Украины в сокровищницу мировой поэзии.

 

Маргинальность русскоязычной поэзии Украины (глазами российского украинофоба и украинского политизированного обывателя)

 

Резюмирую всё вышесказанное одной фразой: встречающееся иногда в Украине неприятие поэзии, созданной на русском языке, в подавляющем большинстве случаев объясняется не критическими аргументами, а политическими соображениями.

 

 

  1. ПЕРСОНАЛИИ

 

Поэтические регионы Украины

 

Для описания географии русскоязычных поэтов Украины я разделил территорию страны на несколько «поэтических регионов» – Западный, Северный, Центральный, Восточный и Южный, границы которых соответствуют укрупнённым экономическим районам страны. Такое условное разделение ни в коем случае не говорит об отсутствии единства поэзии в Украине. Мне лишь хотелось проанализировать расклад сил в географическом плане и попытаться выделить региональные закономерности литературной жизни.

Здесь я должен сказать несколько слов о поэтическом Крыме. Как известно, большая часть этого полуострова является объектом территориальных разногласий между Россией, контролирующей её с марта 2014 года, и Украиной. Большинство государств-членов ООН продолжают рассматривать весь Крым как часть Украины. Согласно федеративному устройству России, на территории Крыма располагаются субъекты РФ – Республика Крым и город федерального значения Севастополь. Согласно Конституции Украины, здесь расположены Автономная Республика Крым и город со специальным статусом Севастополь.

Говоря о поэтах Украины, невозможно умолчать о поэтах, проживающих в Крыму, на том лишь основании, что они оказались в эпицентре межгосударственного конфликта и по воле судьбы стали гражданами другого государства. В конце концов, поэтическое наследие поэтов Крыма до событий 2014 года формировалось в границах Украины. Поэтому в моём весьма далёком от политики литературном обзоре эти поэты включены в Южный поэтический регион Украины. Что касается публикуемой ниже довольно старой карты, то она с Крымом. Но других карт Украины у меня просто нет.

 

 

Карта экономических районов Украины на российском сайте geo.1september.ru (2003 г.).

Источник: http://geo.1september.ru/2003/43/4-1.gif

 

Для всех пяти украинских поэтических регионов я привожу списки русскоязычных поэтов, принимающих наиболее активное участие в современном литературном процессе (упоминание всех поэтов заняло бы слишком много места). Списки составлены мною на основании многочисленных источников[16], включая частные сообщения моих украинских консультантов. В эти списки включены только авторы, проживающие в настоящее время на территории Украины и публикующие стихи на русском языке. При этом я не включал в них тех поэтов, стихи которых не читал. Как минимум несколько стихотворений каждого автора были мною прочитаны в интернете (хотя многие поэты мне знакомы по их публикациям в печатных изданиях). Несмотря на все принятые меры, списки могут содержать отдельные неточности в части, касающейся местожительства поэтов.

 

Западный поэтический регион (Волынская, Закарпатская, Ивано-Франковская, Львовская, Ровненская, Тернопольская и Черновицкая области). Включает поэтов Закарпатья, Галичины, Волыни, Полесья и Буковины. Центром русскоязычной поэзии этого региона можно назвать  Ровно. Немалым поэтическим потенциалом обладает Львов, но там сейчас не лучшие времена для поэзии на русском языке.

 

Зинаида Быкова (Черновцы), Павел Гольдин (Черновцы/Киев), Елена Касьян (Львов), Виктория Кольцевая (Ровно), Ирина Корсунская (Ровно), Марина Курсанова (Львов), Сергей Лазо (Тернополь), Сергей Муштатов (Львов), Сергей Назаров (Ровно), Тамара Севернюк (Черновцы), Янис Синайко (Львов).

 

По мнению наших экспертов, наиболее сильными и оригинальными поэтами региона являются Елена Касьян и Марина Курсанова (обе – Львов), Виктория Кольцевая и Ирина Корсунская (обе – Ровно), Сергей Лазо (Тернополь).

Наиболее крупные литературные фестивали, проводящиеся в регионе[17]: фестиваль Форума издателей во Львове и «Meridian Czernowitz».

 

Северный поэтический регион (Житомирская, Киевская, Черниговская, Сумская области и г. Киев). Наиболее богатый поэтическими именами регион, поэтическое «ядро» страны, объединяющее авторов Северщины, северных частей Правобережья и Левобережья, а также западной части Слобожанщины. По частному сообщению В. Гутковского, «здесь присутствует наиболее весомое, многочисленное и разнообразное по своему составу, стилям и методам поэтическое сообщество».

 

Татьяна Аинова (Киев), Наталья Акуленко (Киев), Анна Антонова[18] (Киев), Андрей Беличенко (Киев), Владимир Белозерский (Житомир), Наталья Бельченко (Киев), Евгения Бильченко (Киев), Юлия Богданова (Киев), Оксана Боровец (Киев), Ольга Брагина (Киев), Дмитрий Бураго (Киев), Наталья Вареник (Белая Церковь Киевской обл.), Владимир Верлока (Киев), Игорь Винов (Киев), Вадим Волков (Киев), Марина Гареева (Киев), Анна Гераскина (Киев), Виктор Глущенко (Киев), Елена Грудзинская (Киев), Андрей Грязов (Киев), Ольга Гуркина (Киев), Владимир Гутковский (Киев), Елена Гутман (Киев), Василь Дробот (Киев), Сергей Дунев (Житомир), Владимир Жбанков (Киев), Алексей Зарахович (Киев), Юрий Зморович (Киев), Евгений Зозуля (Боярка Киевской обл.), Ольга Зуева (Киев), Ирина Иванченко (Киев), Катя Ивчук (Бровары Киевской обл.), Александр Кабанов (Киев), Владимир Каденко (Киев), Наталья Каденцова (Киев-Подольск), Ирина Карпинос (Киев), Игорь Касьяненко (Сумы), Ия Кива (Киев), Марина Киевская (Киев), Мария Китаева (Киев), Андрей Костюченко (Киев), Игорь Кручик (Киев), Татьяна Куликова (Киев), Иван Кулинский (Киев), Елена Лазарева (Киев), Игорь Лапинский (Киев), Анатолий Лемыш (Киев), Виктор Летцев (Киев), Николай Лобанов (Киев), Варел (Валерий) Лозовой (Киев), Мария Луценко (Киев), Александр Лысенко (Киев), Виктория Любименко (Киев), Елена Малишевская (Киев), Снежана Малышева (Киев), Андрей Мединский (Киев/Севастополь), Геннадий Миропольский (Сумы), Стас Михновский (Киев), Алексей Мишуков (Киев), Елена Москаленко (Киев), Александр Моцар (Киев), Марина Муляр (Киев), Юлия Нестерова (Киев), Олег Никоф/Федоров (Киев), Олег Озарянин (Житомир), Анна Остапчук (Киев), Дмитрий Пастернак (Киев), Лила Перегуда (Киев), Игорь Пиляев (Киев), Антон Полунин (Киев), Андрей (Андреевич) Поляков (Сумы), Алла Потапова (Киев), Анна Протасова (Киев), Елизавета Радванская (Киев), Вячеслав Рассыпаев (Киев), Владимир Рафеенко (Киев), Олег Рубанский (Киев), Николай Румянцев (Киев), Светлана Русанова (Киев), Юрий Садовский (Обухов Киевской обл.), Валерий Сазонов (Киев), Александр Самарцев (Киев), Ольга Самолевская (Киев), Элина Свенцицкая (Киев), Геннадий Семенченко (Киев), Артем Сенчило (Киев), Катарина Синчилло (Киев), Мария Слегина (Киев), Анна Сокирян (Киев), Марьяна Степанова (Киев), Виктория Тищенко (Киев), Ксения Туркова (Киев), Оксана Узлова (Киев), Наталья Филиппова (Киев), София Фрунзе (Киев), Галина Хаблак (Киев), Бенджамин Ханин (Киев), Владимир Харченко (Киев), Татьяна Чеброва (Киев), Александр Чернов (Киев-Евпатория), Ирина Шахрай (Житомир), Елена Шелкова (Киев), Максим Щербаков (Киев), Татьяна Яровицина (Киев).

 

Эксперты в качестве наиболее сильных и оригинальных выделяют следующих поэтов данного региона: Татьяна Аинова, Наталья Бельченко, Дмитрий Бураго, Вадим Волков, Андрей Грязов, Владимир Гутковский, Василь Дробот, Алексей Зарахович, Ирина Иванченко, Александр Кабанов, Владимир Каденко, Игорь Лапинский, Мария Луценко, Вячеслав Рассыпаев, Александр Самарцев, Елена Шелкова (все – Киев), Александр Чернов (Киев-Евпатория).

Наиболее крупные литературные фестивали: «Киевские Лавры», «Каштановый дом», «Одна маленькая свеча», «Интереальность» (все они проводятся в Киеве).

Наиболее крупные печатные издания[19]: «Радуга», «Соты», «Каштановый дом», «ШО».

 

Центральный поэтический регион (Винницкая, Кировоградская, Полтавская, Хмельницкая и Черкасская области). Включает поэтов Подолья, южных частей Правобережья и Левобережья. «Достаточно скромный в количественном отношении, но весьма любопытный в поэтическом смысле регион» (В. Гутковский).

 

Леонид Борозенцев (Винница), Юлия Броварная (Винница), Елена Буевич (Черкассы), Юрий Смирнов (Кропивницкий Кировоградской обл.), Андрей Стебелев (Винница), Анатолий Юхименко (Канев Черкасской обл.).

 

Из-за малочисленности группы сильные и оригинальные поэты экспертами не выделяются.

Наиболее крупный литературный фестиваль: «Подкова Пегаса» (Винница). В Виннице ежегодно проводится также конкурс одного стихотворения «Малахитовый носорог».

Наиболее крупные печатные издания: «Склянка часу».

 

Восточный поэтический регион (Днепропетровская, Донецкая, Запорожская, Луганская и Харьковская области[20]). И в количественном, и в качественном отношениях – второе поэтическое «ядро» Украины, объединяющее большую часть Слобожанщины, Запорожье, Приазовье и частично Таврию. По словам В. Гутковского, «не менее мощный поэтический регион, чем Северный».

 

Сергей Александровский (Харьков), Анастасия Афанасьева (Харьков), Станислав Бельский (Днепр), Екатерина Беляева (Запорожье), Дмитрий Близнюк (Харьков), Максим Бородин (Днепр), Григорий Брайнин (Донецк), Людмила Буратынская (Донецк), Владимир Васильев (Харьков), Нина Виноградова (Харьков), Владимир Глущенко (Славянск Донецкой обл.), Сергей Грибов (Харьков), Анна Грувер (Донецк), Андрей Дмитриев (Харьков), Ирина Евса (Харьков), Олег Завязкин (Макеевка Донецкой обл.), Светлана Заготова (Донецк), Михаил Зятин (Харьков), Евгений Иевлев/Мастер Евгений (Харьков), Максим Кабир (Кривой Рог Днепропетровской обл.), Александр Кораблев (Макеевка Донецкой обл.), Михаил Красиков (Харьков), Светлана Куралех (Донецк), Елена Лазарева (Дружковка Донецкой обл.), Татьяна Литвинова (Северодонецк Луганской обл.), Инна Мельницкая/Гаврильченко (Харьков), Анна Минакова (Харьков), Елена Морозова (Донецк), Людмила Некрасовская (Днепр), Вячеслав Пасенюк (Макеевка Донецкой обл.), Екатерина Полосина (Северодонецк Луганской обл. – Ижевск), Ирина Полякова/Глебова (Харьков), Александр Ратнер (Днепр), Анна Ревякина (Донецк), Илья Риссенберг (Харьков), Антонина Семенец (Харьков), Евгений Сенсуалис (Мариуполь Донецкой обл.), Александр Сигида (Молодогвардейск Луганской обл.), Светлана Скорик (Запорожье), Светлана Смоленская (Харьков), Сергей Сорока (Харьков), Владимир Стариков (Харьков), Оксана Стомина (Мариуполь Донецкой обл.), Евгений Сухарев (Харьков), Римма Табунщикова (Северодонецк Луганской обл. – Харьков), Александр Татаринов (Запорожье), Александр Твердохлеб (Днепр), Василий Толстоус (Макеевка Донецкой обл.), Дмитрий Трибушный (Донецк), Аркадий Филатов (Харьков), Евгений Филимонов (Харьков), Мария Хаткина (Донецк), Юрий Цаплин (Харьков), Мария Чернышева (Дружковка Донецкой обл.), Сергей Шаталов (Донецк), Сергей Шелковый (Харьков), Виктор Шендрик (Артёмовск Луганской обл.), Виктор Шепелев (Харьков), Владимир Яськов (Харьков).

 

Наиболее сильные и оригинальные поэты, по мнению наших экспертов: харьковчане Дмитрий Близнюк, Сергей Грибов, Андрей Дмитриев, Ирина Евса, Михаил Красиков, Илья Риссенберг, Аркадий Филатов, Сергей Шелковый, поэты из Донецка и Донецкой области Людмила Буратынская, Светлана Заготова, Александр Кораблев, Дмитрий Трибушный, Сергей Шаталов, Светлана Куралех, Анна Ревякина, а также Татьяна Литвинова (Северодонецк Луганской обл.), Римма Табунщикова (Северодонецк Луганской обл. – Харьков), Станислав Бельский и Александр Твердохлеб (оба – Днепр).

Наиболее крупные литературные фестивали: «Редкая птица» (Днепропетровск), Фестиваль поэзии имени Бориса Чичибабина и «Международная славянская поэтическая премия» (оба – Харьков).

Наиболее крупные печатные издания: «©оюз Писателей», «Славянин», «ЛАВА», «Дикое поле».

 

Южный поэтический регион (Николаевская, Одесская, Херсонская области и Крым). Включает разнообразных и разноплановых поэтов Северного Причерноморья, южной Таврии и Буджака. Здесь можно говорить о «южнорусской поэзии», но к одному этому определению поэзия региона не сводится.

 

Надежда Агафонова (Николаев), Тина Арсеньева (Одесса), Евгения Баранова (Ялта), Валерий Басыров (Симферополь), Вероника/Ника Батхен (Феодосия), Елена Боришполец (Одесса), Анна Гершаник (Керчь), Сергей Главацкий (Одесса), Ирина Дежева (Одесса), Олег Духовный (Николаев), Вячеслав Егиазаров (Ялта), Иван Жданов (попеременно: Алтай, Москва и Крым), Владислава Ильинская (Одесса), Константин Ильницкий (Одесса), Ольга Ильницкая[21] (Одесса-Москва), Евгения Красноярова (Одесса), Лариса Матвеева (Николаев), Марина Матвеева (Симферополь), Андрей Мединский (Севастополь). Андрей (Геннадьевич) Поляков (Симферополь), Игорь Потоцкий/Пахтер (Одесса), Владимир Пучков (Николаев), Илья Рейдерман (Одесса), Лев Рябчиков (Симферополь), Анна Сон (Одесса), Анна Стреминская (Одесса), Алексей Торхов (Николаев), Борис Херсонский (Одесса), Людмила Херсонская (Одесса), Александр Хинт (Одесса), Наталья Хмелёва (Измаил Одесской обл.), Сергей Четвертков (Одесса), Александра Шалина (Керчь-Киев), Валерий Юхимов (Одесса), Александр Ярошевский (Судак-Киев).

 

В этом регионе эксперты в качестве наиболее сильных и оригинальных выделяют следующих поэтов: одесситы Тина Арсеньева, Ольга Ильницкая (Одесса-Москва), Евгения Красноярова, Илья Рейдерман, Анна Сон и Борис Херсонский, Вячеслав Егиазаров и Евгения Баранова (оба – Ялта), Вероника/Ника Батхен (Феодосия), Иван Жданов[22] (попеременно: Алтай, Москва и Крым), Андрей Поляков (Симферополь), Владимир Пучков и Алексей Торхов (оба – Николаев), Александра Шалина (Керчь-Киев).

Наиболее крупные литературные фестивали: «Провинция у моря» (Одесса и Черноморск), «Пушкинская осень в Одессе» (Одесса), «Волошинский сентябрь» (Коктебель), «Славянские традиции» (Щёлкино).

Наиболее крупные печатные издания: «Южное Сияние», «Дерибасовская-Ришельевская».

 

Лидеры русскоязычной поэзии Украины 

 

На мой субъективный взгляд (а в поэзии любые оценки субъективные), в десятку лучших современных русскоязычных поэтов Украины входят (в алфавитном порядке): Наталья Бельченко, Дмитрий Бураго, Андрей Грязов, Ирина Евса, Алексей Зарахович, Александр Кабанов, Андрей (Геннадьевич) Поляков[23], Владимир Пучков, Борис Херсонский и Сергей Шелковый. По большому счёту, в эту топ-группу должен бы войти и бывший москвич, нынешний киевлянин Александр Самарцев, которого я оставил за бортом только из-за недавности его украинской истории. Мою тройку русскоязычных поэтических лидеров страны формируют И. Евса, А. Кабанов и Б. Херсонский – поэты разные, необычайно одарённые, влияющие своим творчеством на умы и нравы многих тысяч читателей, широко известные не только в Украине, но и во всём русскоязычном мире. Несколько особняком стоит Сергей Шелковый – тонкий и виртуозный мастер версификации, сторонящийся публичности и острых тем.

 

Поэты, оказывающие значительное влияние на ход литературного процесса[24]

 

Наталья Бельченко из Киева принимает участие в организации фестиваля «Киевские Лавры» и входит в состав редколлегий ряда литературных изданий. Другая киевлянка, Евгения Бильченко, проводит фестиваль «Одна маленькая свеча» и совершает регулярные поездки по Украине, в том числе и в зону антитеррористической операции (АТО) с миссией волонтёрского и поэтического характера. Леонид Борозенцев из Винницы – один из ведущих слэмеров Украины, организатор и ведущий интернет-группы Lit-Vin на Фейсбуке, соорганизатор фестиваля «Подкова Пегаса». Киевлянин Дмитрий Бураго широко известен как главный редактор и издатель литературных альманахов «Соты» и «Коллегиум», а также как организатор ежегодной международной научной конференции «Язык и культура». Наталья Вареник из Белой Церкви руководит литературной студией «Писатель в интернет-пространстве» и ведёт одноимённый сайт. Одессит Сергей Главацкий является организатором музыкально-поэтического арт-фестиваля «Провинция у моря» и соредактором литературного журнала «Южное сияние». Андрей Грязов (Киев) проводит фестиваль «Каштановый дом» и руководит одноимённой поэтической студией при Национальном Союзе писателей Украины (НСПУ). Другой киевлянин, Владимир Гутковский – руководитель поэтической студии «Третьи ворота», член редколлегии нескольких антологий и поэтических сайтов, литературный обозреватель ряда поэтических порталов. Василь Дробот (Киев) руководит поэтической студией «Восход» при НСПУ, редактирует и составляет ряд поэтических антологий. Киевлянка Ирина Иванченко участвует в создании сетевого литературного альманаха «Палисадник» (главный редактор – прозаик Элла Леус). Александр Кабанов (Киев) широко известен не только как первоклассный поэт, но и как организатор поэтического фестиваля «Киевские Лавры», издатель и главный редактор журнала современной культуры «ШО». Людмила Некрасовская (Днепр) организовывает фестиваль литературных альманахов «Редкая птица», а также ведёт литературно-музыкальный проект «Современная русская поэзия мира». Киевлянка Алла Потапова является президентом Всеукраинского культурно-просветительского общества «Русское Собрание» и руководителем  литературно-интеллектуального клуба ЛИК.

 

Лучшие поэты-билингвы, активно пишущие стихи и на русском, и на украинском языках

 

Вопреки периодически появляющимся слухам и политическим декларациям, в современной Украине сложился достаточно благоприятный для поэтического билингвизма климат. Это не удивительно, потому что билигвами являются большинство жителей страны. Из-за отсутствия места здесь я назову лишь наиболее успешных поэтов-билингвов (случайно или нет, но все они живут в Киеве). Это Наталья Бельченко, Валерия Богуславская, Оксана Боровец, Ирина Иванченко, Элина Свенцицкая.

 

Лучшие украинские поэты, пишущие стихи на украинском языке

 

Говорят, что украинский язык выжил именно в поэзии и благодаря поэзии. Если это утверждение верно, то будет не лишним назвать имена наиболее известных украинскоязычных поэтов. В первую очередь, это львовяне Юрий Андрухович, Юрий Издрык и Марианна Кияновская, киевляне Наталка Билоцеркивець, Василь Герасимюк, Оксана Забужко, Светлана Йовенко, Александр Ирванец (Ирпень Киевской обл.), Лина Костенко, Дмитрий Лазуткин, Мирослав Лаюк, Дмитрий Павлычко, Игорь Павлюк, Роман Скиба, Григорий Фалькович, Тарас Федюк, Антония Цвид, Любовь Якимчук, харьковчане Сергей Жадан, Олег Коцарев и Анатолий Перерва, а также Анатолий Кичинский (Херсон), Дмитро Креминь (Николаев), Петро Мидянка (с Широкий Луг Закарпатской обл.).

Из живущих за пределами Украины поэтов в первую очередь следует упомянуть Василя Махно (Нью-Йорк).

 

Участие русскоязычных поэтов Украины в мероприятиях «Эмигрантской лиры»

 

Фестиваль «Эмигрантская лира» (далее – ЭЛ)

 

Финалистами фестиваля в разные годы были: Елена Боришполец (2014), Ольга Гуркина (2015, участник поэтического вечера «ЭЛ» в Париже» 16.08.2015), Ирина Иванченко (2013, победитель конкурса «Неоставленная страна», участник поэтического вечера «ЭЛ» в Париже» 18.08.2013), Владислава Ильинская (2014, лауреат звания «Лучший поэт глазами финалистов», участник поэтического вечера «ЭЛ» в Париже» 17.08.2014, Ирина Карпинос (2014), Елена Касьян (2010, на фестиваль не приехала), Ия Кива (2016, победитель конкурса «Неоставленная страна», участник вечера разноязычной поэзии «Созвездие Лиры» 14.08.2016), Евгения Красноярова (2015, победитель конкурса «Неоставленная страна», участник вечера разноязычной поэзии «Созвездие Лиры» 12.08.2015, участник поэтического вечера «ЭЛ» в Париже» 16.08.2015), Танда Луговская (2009, на фестиваль не приехала), Мастер Евгений (2009, на фестиваль не приехал), Анна Протасова (2016, 3-е место в конкурсе «Неоставленная страна»), Евгений Сенсуалис (2013), Катарина Синчилло (2015, на фестиваль не приехала), Светлана Смоленская (2012, участник поэтических вечеров «ЭЛ» в Париже» 26.08.2012 и «ЭЛ» в Амстердаме» 08.03.2014), Оксана Стомина (2013), Анна Стреминская (2014, участник поэтического вечера «ЭЛ» в Париже» 17.08.2014), Александр Хинт(2012, победитель конкурса «Неоставленная страна»,  обладатель приза зрительских симпатий, участник поэтического вечера «ЭЛ» в Париже» 26.08.2012), Сергей Шелковый (2009 года, 3 место в конкурсе «Эмигрантский вектор»).

 

Интернет-конкурс «Эмигрантская лира»

 

В шорт-листы входили: Евгения Баранова (2013/2014 и 2015/2016), Дмитрий Близнюк (2015/2016 и 2016/2017), Елена Боришполец (2013/2014), Леонид Борозенцев (2013/2014, лауреат за лучшее стихотворение в номинации «Неоставленная страна»), Ия Кива (2014/2015), Виктория Кольцевая (2016/2017), Алексей Мишуков (2015/2016, победитель конкурса «Неоставленная страна» и лауреат за лучшее стихотворение в аналогичной номинации) и Анна Протасова (2016/2017).

Ирина Иванченко неоднократно входила в жюри этого интернет-конкурса.

 

Особо подчеркну тот уникальный факт, что поэты из Украины пять раз (!!!) побеждали в эмлировских конкурсах «Неоставленная страна» (на фестивалях 2012 г. – А. Хинт, 2013 г. – И. Иванченко, 2015 г. – Е. Красноярова, 2016 г. – Ия Кива; в интернет конкурсе 2015/2016 гг. – А. Мишуков).

 

Ольга Ильницкая участвовала в поэтическом вечере «ЭЛ» в Иерусалиме» (14.02.2013). Александр Кабанов оказал бесценную помощь в проведении самого первого фестиваля «Эмигрантская лира», был членом финального жюри фестивалей 2009 и 2010 годов, участвовал в поэтическом вечере «ЭЛ» в Амстердаме» (08.03.2014). Борис Херсонский был членом жюри интернет-конкурса 2013/2014 г. и редактором отдела «Поэтическая эссеистика» журнала «Эмигрантская лира». Сергей Шелковый был членом финального жюри фестивалей 2010 и 2012 гг, неоднократно входил в жюри интернет-конкурса, участвовал в поэтических вечерах «ЭЛ» в Москве» (18.02.2011), «ЭЛ» в Париже» (26.08.2012) и «ЭЛ» в Кишинёве» (08.02.2015).

 

Русскоязычные поэты-выходцы из Украины, живущие в других странах

 

Самой большой по численности является украинская русскоязычная поэтическая диаспора в России. Слово «диаспора» здесь употреблено с большой долей условности – понятно, что поэты за рубежом сильно разобщены. Затем (по убывающей) идут поэтические диспоры в США, Германии и Израиле. Общая же картина современной украинской поэтической диаспоры (по странам) выглядит следующим образом:

 

Австралия – Александр Грозубинский, Фаина Зильп, Наталья Крофтс, Юрий Михайлик, Залман Шмейлин. Беларусь – Александр Морозов. Бельгия – Алексей Юдин. Великобритания – Олег Борушко, Лидия Григорьева, Ольга Табачникова. Германия – Владимир Авцен, Владимир Белозерский, Ирина Гатовская, Наталия Горбатюк, Виктория Добрынина, Вадим Левин, Лев Либолев, Борис Марковский, Инесса Розенфельд, Елена Рышкова, Алена Тайх, Сергей Соловьёв, Владимир Спектор, Демьян Фаншель, Даниил Чкония, Михаэль Шерб, Генрих Шмеркин, Лариса Щиголь, Михаил Юдовский, Ефим Ярошевский. Израиль – Игорь Бяльский, Лев Вайсфельд, Марк Вейцман, Александр Верник, Белла Верникова, Изяслав Винтерман, Феликс Гойхман, Вадим Гройсман, Дмитрий Кимельфельд, Сусанна Ланс, Павел Лукаш, Инна Лесовая, Пётр Межурицкий, Ариела (Марина) Меламед, Юлиана Новикова, Юрий Портной, Ирина Рувинская, Александр Трудлер, Борис Эскин. Канада – Илья Липес. Нидерланды – Анна Креславская. Новая Зеландия – Галина Максимович. Португалия – Ирина Фещенко-Скворцова. Россия – Ольга Андреева, Владимир Алейников, Мария Галина, Линор Горалик, Анна Долгарева (Лемерт), Юрий Жуковский, Ольга Ильницкая, Александр Карпенко, Михаил Квасов, Кирилл Ковальджи, Анна Логвинова, Станислав Минаков, Наталья Лясковская, Эдуард Лимонов, Александр Мухарев, Валерий Нугатов (Твердохлеб), Екатерина Полосина, Виталий Пуханов, Ирина Ратушинская, Валерий Сурненко, Аркадий Семёнов, Марианна Соломко, Герман Титов, Николай Туз, Вита Тэ (Виталина Тхоржевская), Евгений Чигрин, Ганна Шевченко, Сергей Шоргин, Аркадий Штыпель. США – Рита Бальмина, Юрий Бердан, Дмитрий Бобышев, Инна Богачинская, Михаил Бриф, Марина Гарбер, Ольга Збарская, Вера Зубарева, Галина Ицкович, Геннадий Кацов, Илья Кутик, Гари Лайт, Юрий Милославский, Игорь Михалевич-Каплан, Семен Островский, Михаил Рахунов, Раиса Резник, Игорь Сатановский, Валентина Синкевич, Алексей Цветков, Лия Чернякова, Леопольд Эпштейн, Михаил Этельзон. Франция – Виталий Амурский, Леся Тышковская.

 

 

III. ПОЭТИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС

 

Наиболее крупные «официальные» поэтические русскоязычные организации

 

В Национальный Союз писателей Украины (НСПУ; председатель – Михаил Сидоржевский) входит немало поэтов, пишущих на русском языке (Н. Бельченко, Д. Бураго, А. Зарахович, И. Евса, И. Иванченко, А. Кабанов, С. Шелковый и др.). НСПУ издаёт газету «Літературна Україна» на украинском языке (русскоязычные поэты публикуются в ней только в переводах). Говорить о реальной поддержке русскоязычных авторов со стороны официальной писательской организации не приходится. В стране действуют также Межрегиональный союз писателей Украины[25] (Луганск), Южнорусский Союз писателей (Одесса; председатель – Сергей Главацкий) и созданный покойным Юрием Капланом Конгресс литераторов Украины (председатель – Дмитрий Стус).

В Киеве имеются три наиболее крупные студии от НСПУ – студия «Восход» (рук. Василь Дробот), студия молодежной поэзии «Каштановый дом» (рук. Андрей Грязов) и «Третьи ворота» (рук. Владимир Гутковский), а также функционирует поэтический театр «ПоэТ» (рук. Андрей Грязов). В рамках находящегося в Киеве Всеукраинского культурно-просветительского общества «Русское Собрание» (президент – Алла Потапова) действует Литературно-интеллектуальный клуб ЛИК, собирающий на свои мероприятия любителей русской литературы.

 

Русскоязычные литературные печатные издания Украины, публикующие поэзию

 

Северный поэтический регион. Ежемесячный журнал «Радуга» (главный редактор – Юрий Ковальский, сайт: http://raduga.org.ua) – старейший «толстый журнал», с 1927 года издающийся на русском языке в Украине. Издание переживает не лучшие времена, выходит небольшим тиражом (хотя и большим, чем у многих других литературных периодических изданий – 2 000 экз.). Но главное – журнал присутствует в украинском литературном пространстве и регулярно публикует стихи. «Радуга» также издаёт поэтические книги, регулярно проводит литературные встречи, презентации, вечера и театральные представления. Хотелось бы пожелать этому старейшему русскоязычному изданию Украины занять более активную позицию в формировании поэтического ландшафта страны – не довольствоваться простым отражением литературного процесса, чутко определять поэтические ориентиры и прозорливо открывать новые имена. Справедливости ради должен сказать, что многое в этом направлении уже делается (например, при журнале работают мастер-классы для молодых авторов).

Альманах «Соты» (издатель и главный редактор – Дмитрий Бураго, сайт: http://www.burago.com.ua/index.php/ru/zhurnaly/skachat-literaturno-khudozhestvennyj-zhurnal-soty) выходит раз в год с 1998 года. Альманах имеет очень хорошую репутацию в поэтических кругах Украины.

Издающийся с 2005 г. журнал «ШО» (главный редактор – Александр Кабанов, сайт: http://sho.kiev.ua/) нельзя назвать в чистом виде русскоязычным изданием – русский и украинский языки находятся в нём на равных правах. На обоих языках публикуются и поэзия, и проза, и статьи, и обзоры, и интервью. Кстати, это один из редчайших журналов, публикующих (помимо прочего) поэзию, который можно купить в супермаркете.

Литературный альманах «Каштановый дом» выходит ежегодно к одноимённому фестивалю. В издании публикуются стихи как признанных известных поэтов, так и молодых авторов, участников конкурса памяти Леонида Киселева.

Центральный поэтический регион. В Каневе с 1995 года ежеквартально издаётся на украинском, русском и немецком языках литературный журнал «Склянка часу» (главный редактор – Александр Апальков, сайт: http://zeitglas.io.ua/). Помимо прочего, журнал активно публикует украинскую поэзию на русском языке.

Восточный поэтический регион. В Харькове с 2000 года издаётся украинский русскоязычный литературно-художественный журнал «©оюз Писателей» (редакторы – Андрей Краснящих и Юрий Цаплин, сайт: http://sp-issues.narod.ru/). Журнал, не имеющий никакого отношения к официальным Союзам писателей Украины и России, распространяется в обеих этих странах. С 2010 года он входит в интернет-проект «Журнальный зал». Его периодичность – четыре (два сдвоенных) номера в год. Там же, в Харькове, с 2010 г. выходят литературно-художественный журнал «Славянин» (http://slvn.org/) и журнал поэзии «ЛАВА». В Донецке издаётся журнал «Дикое поле» (http://www.dikoepole.org/).

Южный поэтический регион. В Одессе издаются журнал «Южное Сияние» (главный редактор – Станислав Айдинян, выпускающий редактор – Сергей Главацкий, сайт: http://ursp.org/index.php/uzhnoe-siyanie) и литературный альманах «Дерибасовская-Ришельевская» (сайта альманаха я не нашёл; вот один из номеров на сайте «Гостиная»: http://gostinaya.net/pics/books/Almanah_61_2105.pdf).

 

Литературный журнал «Крещатик» издаётся в Германии, но его основатель и бессменный главный редактор – родившийся в Киеве поэт Борис Марковский.

 

Русскоязычные литературные сайты Украины, публикующие поэзию

 

На сайте «Поэзия и авторская песня Украины» (http://poezia.org/) опубликованы стихи 399 украинских авторов. Сколько из них русскоязычных – сказать трудно. Сайт удобен тем, что содержит краткую инфрмацию почти обо всех авторах. С каждым из них можно связаться через почтовую службу сайта (кроме того, указаны телефоны многих авторов).

На сайте «STIHI.PRO» (http://stihi.pro) публикуются стихи на русском и украинском языках.

Сайт «Термитник» (Днепропетровск; http://www.termitnik.dp.ua/index.html) – один из первых сайтов русской поэзии в Сети. Его создатель Владимир Шевчук умер несколько лет назад,. На момент написания этой статьи на сайте выполнялись технические работы по его возобновлению.

Постепенно набирает обороты литературный альманах «Палисадник» (http://palisadnik.org.ua/) – серьёзное сетевое издание, существующее с 2014 года. В альманахе имеется отдел поэзии, в котором публикуются и известные, и молодые поэты Украины, пишущие как на русском, так и на украинском языках.

Молодые поэты охотно публикуют свои стихи в социальной сети «Вконтакте», поэты постарше предпочитают «Фейсбук».

 

Наиболее инересные и успешные поэтические мероприятия и премии

 

Западный поэтический регион. В Львове с 1994 г. ежегодно проводится крупнейшая украинская книжная ярмарка «Форум издателей во Львове», а в её рамках – международный литературный фестиваль, самой популярной акцией которого является «Ночь поэзии и музыки non-stop». В Черновцах ежегодно (с 2010 г.) проводится Международный поэтический фестиваль «Meridian Czernowitz» (http://www.meridiancz.com/pro-festyval-2/).

Северный поэтический регион. В киевском Доме Актера с 1994 г. по инициативе Сергея Бураго регулярно проходит «Журнал на сцене “Коллегиум”» – цикл литературно-музыкальных вечеров, в ходе которых поэты читают свои стихи. Крупнейшим литературным событием Украины (и не только Украины), ориентированным на современную поэзию во всех её эстетических проявлениях, стал Международный фестиваль поэзии «Киевские Лавры» (http://sho.kiev.ua/content/590). Основатель, постоянный организатор и инвестор фестиваля – журнал «ШО», координатор – Александр Кабанов. Фестиваль проводится в Киеве с 2006 года. Традиционно на нём звучат стихи как на русском, так и на украинском языке. Политические перипетии последних лет привели к значительному уменьшению числа российских участников фестиваля. С 2005 года в Киеве проводится Фестиваль поэзии и кино «Каштановый дом» (http://www.kashdom.com/), основанный поэтом Андреем Грязовым. На нём вручается целый ряд премий, в том чимле премия им. Катерины Квитницкой за поэтические книги на русском и украинском языках, а также премия молодёжной поэзии им. Л. Киселева (отдельно для авторов пишущих на украинском и русском языках).

Более молодые киевские проекты – Международный арт-фестиваль «Одна маленькая свеча» (с 2012 г. проводит Евгения Бильченко) и Международный литературно-музыкальный фестиваль «Интереальность» (с 2013 года проводит киевский поэт Олег Никоф (Фёдоров).

В столице Украины стал популярным интересный проект поэта и киноведа Елены Малишевской – Литературные встречи в Доме Турбиных «Вход с веранды» (Дом-музей Булгакова). Этому во многом способствует аура места, а также удачный формат – час-полтора на авторское чтение с последующим свободным общением в гостиной (с вином и «фирменными» пирогами). Прошли встречи с Мариной Гарбер, Михаилом Юдовским, Александром Самарцевым и Ириной Иванченко.

Центральный поэтический регион. В Виннице с 2006 г. проходит ежегодный Всеукраинский фестиваля поэзии «Подкова Пегаса».

Восточный поэтический регион. В Донецке с 1992 года под руководством профессора А.А. Кораблёва периодически проходят поэтические заседания Вольного филологического общества, называемые в народе «Кораблёвники» (http://korablevnik.org.ru/). В Днепропетровске с 2013 года регулярно проводится Международный фестиваль литературных изданий «Редкая птица» (http://rarebird.org.ua/) (организатор – Людмила Некрасовская). Международный фонд памяти Б.А. Чичибабина ежегодно (с 2002 г.) проводит в Харькове Фестиваль поэзии имени Бориса Чичибабина. С 2013 года там же, в Харькове, под эгидой СП Украины, проводится ежегодный литературный конкурс «Международная славянская поэтическая премия» (для молодых поэтов всех славянских языков).

Южный поэтический регион. Сразу в двух городах – Одессе и Черноморске (Ильичёвске) ежегодно (с 2011 г.) проходит Международный арт-фестиваль «Провинция у моря» (http://province.do.am/). В рамках фестиваля проводится несколько поэтических конкурсов. Организатор – Сергей Главацкий. С 2008 г. Олег Борушко проводит в Одессе ежегодный фестиваль «Пушкинская осень в Одессе». Уже 20 лет (с 1996 г.) ежегодно проходит Одесская международная книжная ярмарка «Зеленая волна», одно из самых востребованных и посещаемых мероприятий южного региона страны, на которое со всей Украины съезжаются авторы, издатели, книготорговцы и читатели. В Коктебеле ежегодно (с 2003 г.), по итогам Международного Волошинского конкурса, проводится фестиваль «Волошинский сентябрь» (организатор – Андрей Коровин). По понятным причинам, после 2014 года украинские поэты практически перестали в нём участвовать. С 2009 г. в Щёлкино (Крым) ежегодно проводится Международный фестиваль «Славянские традиции» (http://slavtraditions.ucoz.ru/). Организатор – Ирина Силецкая.

 

Официальных всеукраинских литературных премий для поэтов, пишущих на русском языке, две. Обе учреждены Национальным союзом писателей Украины (НСПУ). Первая – Премия имени Николая Ушакова для украинских поэтов, пишущих на русском языке (присуждается с 1995 года). В числе лауреатов – В. Пучков, Н. Бельченко, А. Чернов, Д. Бураго, А. Грязов, И. Иванченко, В. Гутковский, И. Евса, А. Кабанов и др. Вторая – учрежденная НСПУ в 2016 г. Премия имени Максимилиана Кириенко-Волошина (единственный на сегодняшний день лауреат – Ирина Карпинос).

 

Неофициальные поэтические тусовки и перспективы украинской поэзии на русском языке

 

В настоящее смутное время положение с русскоязычной поэзией в Украине довольно неопределённое. На первый взгляд, её перспективы выглядят не слишком обнадеживающими. Однако стоит повнимательнее приглядеться к местным молодёжным неформальным поэтическим группировкам, чтобы скепсис уступил место осторожному оптимизму. В одном только Киеве насчитывается около десяти заслуживающих внимания молодежных объединений. Как сообщает В. Гутковский, «по сравнению с уже сформировавшимися и потому в значительной мере закостеневшими официальными и полуофициальными структурами грядущие наследники выгодно отличаются своим энтузиазмом, креативом и творческим задором»[26]. Из киевских неформальных поэтических объединений в первую очередь назову Арт-салон «Бриколаж» (хозяйка – Татьяна Ретивов), «Арт-площадку» Паши Броского, «Музорубку» Василия Чернявского, Квартирник Сергея Коломийца и Квартирник Инны Труфановой «Труфанов остров», Литературно-музыкальную гостиную «Свет превращается в строку» Натальи Савиной и Александра Резника[27].

Из возникших в последнее время в столице Украины молодёжных проектов (преимущественно или в значительной мере русскоязычных) особо следует отметить группу «NS Event Group» (куратор Nemezida Soul), которая существует с 2012 г., активно занимается организацией разнообразных творческих акций в Киеве и провела за это время более 1000 литературных мероприятий. Другие интересные объединения: «FABULA» (кураторы Полина Горлач и Ксения Хоменко), «Гнездо Слона» (куратор Богдан (Слон) Головченко) и «Арт Бульвар на Оболоне» (куратор Андрей Бураков).

Заслуживает упоминания винницкая группа независимых поэтов «Лирики Тranscendenta», или «Лирики Т» (https://45parallel.net/liriki_transcendenta/). Презентации журналов и поэтических книг периодически проводятся в «Издательском доме Бураго» (http://www.burago.com.ua/index.php/ru/).

 

Выводы о русскоязычной поэтической жизни в Украине и о её вовлечённости в общерусский поэтический процесс

 

Безо всякого преувеличения можно сказать, что роль украинских русскоязычных поэтов в развитии современной русской поэзии является выдающейся и беспрецедентной. Ни одна другая страна мира (не считая, конечно, самой России) не может похвастать таким количеством первоклассных поэтов, пишущих на русском языке. Несмотря на весь драматизм нынешней общественно-политической ситуации в Украине, русская поэзия в стране не просто живёт полнокровной жизнью, но и энергично перехлёстывает за государственные границы, находя своих горячих поклонников в самых разных уголках земного шара.

 

 

Автор сердечно благодарит за помощь в написании этой статьи поэтов из Украины Андрея Грязова, Владимира Гутковского, Ирину Иванченко, Александра Самарцева и Сергея Шелкового. Особая благодарность Дмитрию Бураго и Юрию Ковальскому за прочтение текста статьи и высказанные ценные замечания и предложения.

 

 

[1] Информация об авторе опубликована в разделе «Редакционная коллегия» (стр. 4).

[2] Киевская Русь: Современная русская поэзия Украины. Антология. – Составители Ю. Каплан и О. Бешенковская. Совместный проект комиссии по межнациональным связям Союза писателей Украины и Толстовского фонда (Германия) – Гельзенкирхен: Edita Gelsen, 2003.

[3] Макаров А. Малая энциклопедия киевской старины. Киев: Довіра, 2005. С. 193.

[4] Катерина Чудненко. «Свой/чужой? Поэты о русском языке в украинской литературе». – ARTMISTO, 16.06.2015 http://artmisto.net/2015/06/16/svoy-chuzhoy/

[5] Н. В. Гоголь – А. О. Смирновой. URL : http://www.e-reading.club/chapter.php/96390/249/Gippius_-_Gogol’._Vospominaniya._Pis’ma._Dnevniki..html

[6] «Вопросы исследователям и критикам русскоязычной литературы» (2010 г.). Украинский русист-литературовед, исследователь творчества Н.В. Гоголя, доктор филологических наук Павел Владимирович Михед отвечает на вопросы Отдела славянских литератур Института литературы им. Т. Г. Шевченко НАН Украины. http://sergej-ok.livejournal.com/5637.html

[7] Катерина Чудненко. «Свой/чужой? Поэты о русском языке в украинской литературе». – ARTMISTO, 16.06.2015 http://artmisto.net/2015/06/16/svoy-chuzhoy/

[8] Свiчадо. Антологiя сучасної української поезії. Составитель Елена Рышкова. Offenbach am Main, Deutschland, изд-во epubli, 2016. – 415 с. URL : https://docs.google.com/viewer?a=v&pid=sites&srcid=ZGVmYXVsdGRvbWFpbnxpdG9nb3Z5ZXNib3JuaWtpaXB1Ymxpa2FjaWl8Z3g6MTYxNjIzNDE1YzkzZmJkNQ

[9] Антология «Украинская проза и поэзия на русском языке» (составитель Александр Красовицкий). – Изд-во «Фолио», Харьков, 2016 г., 763 с.

[10] «Вопросы исследователям и критикам русскоязычной литературы» (…). http://sergej-ok.livejournal.com/5637.html

[11] Там же.

[12] Новая карта русской литературы. http://www.litkarta.ru/ukraine/

[13] По ироническому замечанию Ирины Шуваловой. См.: Катерина Чудненко. «Свой/чужой? Поэты о русском языке в украинской литературе». – ARTMISTO, 16.06.2015. http://artmisto.net/2015/06/16/svoy-chuzhoy/

[14] Юрий Володарский: «Они мечтают об Украине без русского языка». Киевский литературный критик — о дерусификации Украины, проспекте Бандеры и писателях Донбасса. – «Новая газета», n°4 от 18 января 2017 г.

[15] Борис Херсонский. «Соскочить с языка. Можно ли писать по-русски, оставаясь при этом украинцем». – 2016 г. https://focus.ua/opinions/350822/

[16] Сергей Чупринин «Зарубежье: русская литература сегодня: [словарь]». – М.: Время, 2008. – 782 с.; Сергей Чупринин «Русская литература сегодня. Малая литературная энциклопедия». – М., «Время», 2012 – 990 с.; «Освобожденный Улисс. Современная русская поэзия за пределами России» (Сост. Д. Кузьмин. – М.: Новое литературное обозрение, 2004); Сайт «Новая карта русской литературы» (http://www.litkarta.ru/ukraine/); «Киев: Русская поэзия. XX век». Поэтическая антология. Составитель Ю. Каплан. – Киев: ЮГ, 2003; «Киевская Русь: Современная русская поэзия Украины». Антология. Составители Ю. Каплан и О. Бешенковская. – Гельзенкирхен: Edita Gelsen, 2003; Антология «Украина. Русская поэзия. XX век». – Киев, 2007 г. Составитель: Юрий Григорьевич Каплан (1937-2009);  Антология «Украинская проза и поэзия на русском языке» (составитель Александр Красовицкий, изд-во «Фолио», Харьков, 2016 г., 763 с.); Антология современной украинской поэзии «Свiчадо». – Германия, epubli, 2016 г.; Литературно-художественное издание «Соты. 2014-2016»: http://www.burago.com.ua/index.php/ru/zhurnaly/skachat-literaturno-khudozhestvennyj-zhurnal-soty/soty-2014-2016; Сайт «Поэзия и авторская песня Украины» (http://poezia.org/); Сборник стихов «НАШКРЫМ». – Нью-Йорк, 2015 г. (https://nkpoetry.com/); Владимир Гутковский «О других и о себе. Предисловия. Рецензии. Эссе: Лирическая аналитика» (К.: Издательский дом Дмитрия Бураго, 2013. – 172 с.); Владимир Гутковский «Русская поэзия Киева. ХХІ век». – Журнал «Радуга» № 7-8/2016 (http://poezia.org/ru/publications/44681); Владимир Гутковский «А как дела на/в Украине…» (обзор литературных русскоязычных изданий). – Альманах «Глагол» №7/2016, Париж (https://glagol.jimdo.com/альманах-l-almanach/; Андрей Грязов «Русская поэзия Украины от «а» до «я». Попытка энциклопедии» (2004 год,  https://www.stihi.ru/2004/09/24-1038) и др.

[17] Подробнее о литературных фестивалях, проводящихся в Украине, см. ниже.

[18] Мне сообщили, что Анна Антонова сейчас проживает за пределами Украины, но подтверждения этому я не нашёл.

[19] Подробнее о печатных изданиях Украины см. ниже.

[20] Отдельные районы Донецкой и Луганской областей в настоящее время де-факто контролируются самопровозглашёнными ДНР и ЛНР.

[21] По частному сообщению Ольги Ильницкой, несмотря на периодическое проживание в Одессе, местом её постоянного жительства является Москва. Поэтому далее она включена мною в список поэтов, живущих за пределами Украины.

[22] Ивана Жданова только с натяжкой можно причислить к украинским поэтам.

[23] Живёт в Симферополе (Крым). Мои соображения о поэтическом Крыме см. выше, в разделе «Поэтические регионы Украины».

[24] По данным Владимира Гутковского (Украина, г. Киев).

[25] Фамилии председателя я не нашёл.

[26] Частное сообщение (публикуется с согласия автора).

[27] Данные любезно предоставлены В. Гутковским.

Опубликовано: литературно-публицистический журнал «Эмигрантская лира» (2017, 1 /17).

 

Сергей Костырко о донецкой литературе

Kresсhatik (Перекресток). Международный литературный журнал. № 64. СПб., «Алетейя», 2014, 328 стр., 500 экз.

Основное содержание 64-го выпуска журнала «Крещатик», вышедшего книгой как совместный проект журналов «Крещатик» и «Дикое поле», составляет антология современной русскоязычной прозы и поэзии Донецка.

Начну с лирического отступления: в 2012 году я неожиданно получил предложение съездить в Донецк в командировку и решил им воспользоваться, чтобы проверить свои обывательские представления о Донбассе как о некой постсоветскойполудепрессивной промзоне со стертой национальной принадлежностью, оставшейся воспоминанием о давнем эпизоде индустриализации некогда могучего СССР. Фотографии в сети, просмотренные накануне, каких-то особых впечатлений не обещали. Но когда самолет наш, нацеленный донецкими диспетчерами на их посадочную полосу, начал снижаться и мы прошли сквозь облака, открывшийся пейзаж меня поразил: под крылом лежала земля, как бы покрытая до горизонта разложенными половиками и половичками возделанных полей. Нет, это не моя Россия с зарастающими кустарником пустошами на месте полей, которые я рассматривал сверху час назад. В Донецке со мной и вокруг меня говорили исключительно по-русски. И тем не менее интонационный рисунок речи — имею в виду не только «гэ фрикативное» и прочее — казался мне малознакомым. Это был немного другой русский, нежели тот, на котором говорил я. Довершило чтение текстов, которые я получил из рук Александра Кораблева — два номера редактируемого им журнала «Дикое поле» и поэтическая антология русскоязычных поэтов Донбасса и Украины «Донецкий счет. 2010» (Донецк, «Точка опоры», 2011). Вот так я, например, открывал для себя явление «ментальной билингвы» — русско-украинской, явленной в русском литературном языке и, соответственно, в мироощущении и творчестве его носителей. Эстетический этот феномен, как мне кажется, ждет своих исследователей — очень уж тонкая и сложная материя, и здесь нужны какие-то критерии, а не только ощущение и настроение воспринимающего. Но она, вот эта ментальная билингва, есть. И есть литература, ее представляющая. Которая сегодня находится, по понятным причинам, в ситуации тяжелейшей и, соответственно, нуждается в специальных усилиях для ее сохранения. И замечательно, что за это взялись «Крещатик» и «Дикое поле».

Со своими текстами в антологии представлены в качестве прозаиков: Виталий Ченский, Николай Фоменко, Элина Свенцицкая, Дмитрий Пастернак, Алексей Купрейчик, Елена Стяжкина, Светлана Заготова, Виктор Шепило, ДмитрийДейч, Сергей Шаталов; в качестве поэтов: Вениамин Белявский, Владимир Рафеенко, Светлана Куралех, Григорий Брайнин, Владислав Ламаш, Дмитрий Трибушный, Евгений Мокин, Александр Товберг, Мария Панчехина, Александр Савенков, Екатерина Сокрута.

В приведенном списке есть имена, уже хорошо знакомые нашему читателю, есть малознакомые и есть имена, по-видимому, известные только донецким читателям, но сказать, что, допустим, проза Владимира Рафеенко или Елены Стяжкиной, уже ставших авторами ведущих журналов также и в России, выполняет здесь функцию паровоза, который тянет за собой тексты своих малоизвестных земляков, нельзя. Общий уровень антологии отнюдь не «региональный». И вхождение в широкий «литературный обиход» прозы Виталия Ченского или Элины Свенцицкой, Дмитрия Пастернака и других участников этого номера, я думаю, дело времени. То же самое нужно сказать и о стихотворной подборке.

Понятно, что воспринимать эти тексты сегодня только как явление литературное, то есть отрешиться от нынешнего звучания слов «Донецк» и «донецкий» очень трудно, но — войны преходящи, литература — вечна. И предложенная составителями антология — отнюдь не литературный репортаж с места событий. Представленные здесь прозаики и поэты на самом деле занимаются собственно литературой, собственно поэзией, а не «поэтическим комментированием» актуальных событий, то есть сосредоточены на бытийном, а не бытовом. И мне не кажется, что в нынешней ситуации это слабость донецкой антологии, напротив, то, чем занимаются ее авторы, требует мужества — мужества выправлять, казалось бы, безнадежно вывихнутые войной представления о норме жизни. И я, например, отдаю себе отчет, что, читая цитируемые ниже строки стихотворения Дмитрия Трибушного, читаю не только и не столько про Донецк и Донбасс, сколько про себя и про всех нас: «Король раздет. Народ послушен. / Ямщик не гонит лошадей. / И плачет ветер простодушный / Над телом родины моей. // Ее пристроить невозможно / Ни как подарок, ни внаем. / Молчит небесная таможня. / Не принимает чернозем. // Душа не поместилась в тело, / В распивочной теряет стыд. / И ни о чем на самом деле / Звезда с звездой не говорит».

Опубликовано: Новый мир, 2015, №3.

 

Эка Дайс: Орфей Рафеенко

Орфей Рафеенко

Екатерина Дайс

 

О, как горит на клёнах медь,
как юность чувствует медведь,
как он прекрасен и космат,
пьёт мёд любви, пьёт мёд утрат…
В.Р

Владимир Рафеенко. Московский дивертисмент. М.: Текст, 2013.

Один мой знакомый переезжал в новую квартиру. И весь день таскал ящики и мебель. Поесть или попить у него просто не было времени, и вот в конце дня ему удалось заварить и выпить чай. Такого вкусного чая он не пил никогда в жизни. Если я скажу, что чтение этой книги подобно глотку прохладной воды в пустыне, то я ничего не скажу. Оно подобно горячему чаю в заставленной тоннами книг профессорской квартире, где кроме книг ничего нет, и вдруг туда врывается живая жизнь, маскирующаяся под текст, и это невозможно прекрасно, обжигающе и упоительно.

Один из героев романа, о котором пойдёт речь – говорящий ёжик, – спрашивает у медведа – хозяина леса (здесь есть отсылка к мультфильму Юрия Норштейна и к популярному интернет-персонажу): «Потап, у тебя какие книги самые любимые? В твёрдой обложке, сказал Потап. Я не о том, а из писателей тебе кто больше всех нравится? Пушкин. А из современных? Пушкин. А из самых-самых современных? Владимир Рафеенко. Но ты его не знаешь».

Скорее всего, вы тоже не знаете этого автора, как не знал о нём медведь или ваша покорная слуга до объявления результатов «Русской премии» за 2012 год. Однако в издательстве «Текст» на днях вышел роман-илиада Владимира Рафеенко «Московский дивертисмент». И, действительно, если тексты Джона Фаулза или Виктора Пелевина можно назвать романами-инициациями, то сейчас перед нами полноценный эпос, написанный ритмизованной прозой, от которого остаётся головокружительное чувство, как от чтения большой поэмы. Москва в этой поэме – довольно условный город, который нужно и спасти от гигантского полчища крыс, и разрушить. Москва – это одновременно Троя, Вавилон и Карфаген. «Ну, ма, папа говорил, что Троя – это такое собирательное место, понимаешь, что-то типа места, которое во всём виновато! Города, который полезно разрушить!» «Москва сейчас – это и есть та самая Троя! Слушай, пупсик, ну пусть Троя, да пусть хоть Вавилон, разве дело в том, как называть?!»

Москва – столица империи, в которую герои попадают из Илиона, загробного мира, где они существуют в своей настоящей оболочке – персонажей древнегреческих мифов и литературных произведений. Здесь они превращаются в дворника-студента (Патрокл), влюблённого в свою профессоршу и рождающего от неё в финале романа своего брата по мифу Ахилла, который призван спасти весь город, поскольку «рождён неземной женщиной».

В каком-то смысле герои Рафеенко соответствуют юнгианской модели личности, состоящей из архетипов, а в особенности – постюнгианской. Например, можно отчётливо проследить связь между работами Джин Ш. Болен «Боги в каждом мужчине» или «Богини в каждой женщине» и концептуальным наличием внутри персонажей Рафеенко античных архетипов, действующих иногда совместно, иногда вопреки более современным аспектам личности героя.

В этом романе писатель сталкивает две системы – архаическую античную и алхимическую немецких романтиков, а именно Гофмана, чьё влияние видно во внезапно превращающейся в фантасмагорию семейной идиллии. И когда Патрокл и Маринхен пьют в постели кофе и едят орехи, привезенные из Илиона, то эти два мифа пересекаются и сливаются в один, современный, продолжая традицию наслоения разных вариантов одного и того же мифа, благодаря которой у некоторых античных персонажей, как например, у того же Патрокла – по три матери и по нескольку судеб.

Владимир Рафеенко принадлежит к тому типу писателей, которых можно назвать «магическими постмодернистами». В разных странах они проявлялись особенно ярко во второй половине ХХ века и становились флагманами литературных поколений, сочетая в себе интерес к мистике, точное называние реалий и интертекстуальность, перетекание классики в современность, напоминающее алхимическую трансформацию. Это Г. Гессе в Германии, Дж. Фаулз в Великобритании, У. Эко в Италии, М. Павич в Сербии, О. Памук в Турции, братья Стругацкие и В. Пелевин в России. Казалось бы, ниша писателя-мистагога уже занята в Украине Юрием Андруховичем, но на самом деле он охватывает только западную часть страны, и на востоке зажигается звезда Владимира Рафеенко, который в каком-то смысле повторяет путь Андруховича, отправляя своих героев в бывшую метрополию.

«Московиада» Юрия Андруховича – нашумевший в своё время роман, в котором главный герой, украинский поэт Отто фон Ф., студент Литинститута, проходит сложным маршрутом по стольному граду, попадая в конечном счете в тайный зал под Красной площадью, где встречает символы империи, расправившись с которыми, уезжает в Киев. Битва с крысами, которую ожидают герои Рафеенко: боги, люди и звери – это отголосок московского апокалипсиса Андруховича, описывающего то, как в московского метро бродят трёхметровые крысы-гиганты (подобными слухами действительна полнилась жёлтая пресса начала 1990-х). Не стоит забывать и о прозвище Аполлона Сминфея – мышиного бога, управляющего «жизни мышьей беготней», который появляется в романе в облике лучезарного Феба: «Это был Аполлон, но в то же самое время и русский ветеран, герой трех войн, бывший зэка, многоженец и красавец, лучший шахматист Садового кольца — дед Григорий!». Аполлон-Григорий и дитя преступной любви Ахилл, сын Патрокла – это два героя, остановившие нашествие крыс. Крысы, угрожающие Москве, появились в романе «Московский дивертисмент» в том числе и из сказки Гофмана «Щелкунчик, или мышиный король». Однако герои в этом романе-мираже, состоящем из отголосков классических шедевров, сливаются в единое целое, и мужем девочки Мари, а также любовником её брата Фрица, оказывается кровожадный гинеколог, являющийся одновременно и Щелкунчиком и королём крыс.

Никто так, как украинцы, Москву не любят и не понимают её глубинной сути (в этой любви, конечно же, есть оттенок Стокгольмского синдрома), поэтому когда мы читаем, что «в Кремле – вернее, под ним, на глубине тридцати метров, – есть Тайный зал Московского Сердца. В этом зале вот уже сотни лет слоняется без дела от стены к стене и распевает песенки огромный розовый заяц…», то невольно в верим в такую абсурдную зоософию.

Кстати, насчёт зоософии. Один из наиболее удавшихся Владимиру Рафеенко образов – это образ ёжика, в прошлой жизни бывшего великим танцором. «Вацлав, как ты мог стать ежом?! Как ты мог?! Ты, танцор, которому аплодировала вся Европа! Ты, священный клоун Бога, как ты докатился до этой жизни?! Налил я себе водочки, выпил и заплакал». Этот трагикомический ёж, который два дня висел на люстре, пока его не сняла оттуда жена, выделывает балетные па, плюхается на землю и очень страдает от своей неуклюжести. А в конце романа привязывает к своей спине медный тазик и превращается в черепаху из апории про Ахилла.

Гомеровские персонажи у Рафеенко не менее гомерически смешны, чем звери. И при этом, как в знаменитой 15-минутной песне Майка Науменко из группы «Зоопарк», посвящённой путешествию в современный лимб: «Все лица знакомы, но каждый/Играет чужую роль/Для того, чтоб хоть что-то в этом понять,/Нужно знать тайный пароль». Так, один из персонажей, священник Василий, решивший закончить своё служение и выйти на покой, понял, что «…я не просто православный батюшка, служитель культа, а Менелай! Человек же, который ко мне пришёл в храм на заутреню, не кто иной, как Агамемнон! И поверила моя душа в Трою! И воспрянул я так, как будто снова стал тем пятилетним парнем, который пришёл рано утром разговаривать с антоновскими яблонями!».

В этой цитате интересно то, что она принадлежит священнику, служившему в церкви Ильи Пророка во втором Обыденском переулке. Раннее этот храм был описан в романе Александра Пятигорского «Философия одного переулка» (один переулок – это и есть 2-й Обыденский, отходящий от улицы Остоженки к Москве-реке). «Другой их сосед, тоже инженер, Гершенкрон, раз увидел, как шестилетний Ника пытается заглянуть в высокие окна храма Ильи Пророка Обыденского, и строго сказал: «Никочка, не подходи к церкви. Здесь трупный запах. Она сама стоит на трупах». Ника ужасно испугался, ему стало очень холодно (в церкви шло отпевание). Он решил, что сейчас его втащат внутрь, каким-то образом убьют и тут же закопают[1]». Эти два мальчика – разговаривавший с яблонями и впервые переживший ужас смерти – та оптика, сквозь которую герои Рафеенко смотрят на мир. Это мир мистический и страшный, мир первой инициации и первобытного страха, мир платоновской пещеры, где видны только тени, первозданный рай во время называния Адамом имён зверей и вещей.

Один из эпизодов в этом романе совершенно потрясает своей алхимической достоверностью. Суть его в том, что персонаж по имени Фриц, будучи маленьким мальчиком, попадает в больницу. В какой-то степени он ещё тот самый Фриц из сказки Гофмана, но подчёркивается, что совсем никто не носит ему гостинцев и подарков. И он решает подольститься к женщине, которая лежит с ним в одном инфекционном боксе вместе с грудным младенцем. И начинает называть этого ребёнка ласковыми именами, очень её тем самым развлекая. И вот однажды Фриц выключил свет, «склонился над младенцем и начал называть его имена! И о чудо! Повинуясь каждому моему слову, младенец изменялся! Я говорил «яблоко» – и он становился яблоком! Я говорил «селёдка» – и вот на кушетке била хвостом слабосолёная рыба! Я говорил «карандаш» – и в следующее мгновение огромный грифель смотрел на меня своим чёрным изысканным взглядом! И самое-самое главное: я говорил «мама» – и это была маленькая, совсем крошечная мама, я говорил «папа» – и на кушетке лежал усатенький смешной отец…» Вот это постоянное изменение, трансмутация – вся соль романа «Московский дивертисмент», в котором у героев нет определенных имён или статусов, они меняются от одной фразе к другой, становясь отголосками чужих текстов. Эта структура личности, похожая на рябь на воде: подул ветерок и вода изменилась – отвечает чему-то очень древнему и чему-то очень современному. Описывая персонажей как калейдоскоп, всё время поворачивая его корпус, автор показывает нам современного героя, созданного из разновременных цитат, создающих свой, особый Философский Камень.

Примечания:

[1]Пятигорский А. Философия одного переулка. Лондон, 1989. URL: http://www.shkp.ru/lib/archive/lect/11/1/copy_of_1

Опубликовано: Русский журнал.08.05.13 8:53

О книге О. Завязкина «Малява» (2011)

Опубликовано в журнале:

«Знамя» 2012, №3

                       

Борис Кутенков

Олег Завязкин. Малява. Стихи о смерти 

Между фраером и богом

Олег Завязкин. Малява. Стихи о смерти и любви. — M.: Время, 2011.

Олег Завязкин, житель города Макеевка Донецкой области, широко печатается в украинских изданиях, но в России до сих пор остается малоизвестным автором. Cамый заметный факт литературной биографии — получение в 2008 году “Русской премии”, которая, напомним, ежегодно вручается писателям, живущим за пределами Российской Федерации, за произведение, написанное на русском языке. Книга, удостоенная премии, и была переиздана в 2011 году издательством “Время”. Из более или менее заметных публикаций Завязкина в России, кроме этой книги, можно назвать лишь две подборки в “Арионе” с разрывом в одиннадцать лет — в 1995 и 2006 годах — и публикацию в имевшей резонанс антологии “Освобожденный Улисс”.

С момента получения премии имя Завязкина упоминается преимущественно в обойме с другими победителями и в легковесных аннотациях вроде “книга об операх и сидельцах” или “автор активно использовал тюремный фольклор”, нацеленных на интерес читателя к заведомо провокативному контексту. Сборник, по сути, так и не удостоился внятного критического отклика, за исключением обзора Елены Семеновой в “НГ-Ex Libris” от 4 августа 2011 года — опять же в совокупности с книгами других премиантов, Марии Тиматковой и Бахыта Кенжеева.

Есть поэты, которых предпочтительнее читать целиком книгами. Одних — из-за преимущественной цикличности текстов. У других то, что может показаться недостатком или пройти незамеченным в отдельных стихотворениях, предстает в рамках книжного высказывания как органичная часть целого. У Олега Завязкина пролог и эпилог участвуют в плотно выстроенном сюжете книги и неразрывно связаны с ним. В первом стихотворении некая мать, именуемая “Мурка” и — в чужой речи — “родная мать всем фартовым людям”, провожает сына “на этап”. В последнем — хоронят саму Мурку, и сын возвращается к ее могиле. Повествование идет от третьего лица; проходящему через испытания лирическому герою в промежутке между ними, напротив, дается право говорить собственным голосом — словно в закадровом пространстве советского фильма. Голос глуховат, иногда подернут почти предсмертной иронией:

Смеется опер, точит карандаш:

 — Готовься, Жилкин, в северный вояж.

 Такая баба — вроде сатаны:

 она тебя узнала со спины.

Книга, таким образом, становится письмом к матери из мест “не столь отдаленных”, оправдывая свое арготическое название. Картины тюремной жизни в ней обозначены со всей предметностью и, что называется, со знанием дела. (Не знаю, имеет ли тут место реальный биографический опыт, но, судя по всему, да; сам автор на церемонии вручения премии признавался, что его вдохновило обращение к миру андеграунда в романе Андрея Синявского “Спокойной ночи”). Появляются и перипетии, важные для конкретизации сюжета:

Он бил меня в кровь, он дышал мне в лицо:

 — Колись, молодой, расскажи про кольцо,

 про то, с бриллиантом, что взяли вчера

 с убитой певички в четыре утра…

Завязкин вводит арготизмы — “майданщик”, “выцветший крап”, “малява” — в поэтическую речь так, что они не выполняют функцию бытового снижения, и употребление их далеко от всякой пошлости — в отличие, к примеру, от сленга шансонных песен. Напротив — они органично атрибутируют сюжет книги, где находится место и погоням, и укрытиям, и ожиданию “расстрельного дворика…”. В стихах Олега Завязкина задача языка арго, по природе своей являющегося средством шифрации, — скорее эвфемистическая. Вовремя обмануть конвоира, но — обмануть и мать. Обман здесь, разумеется, разного свойства: в первом случае — чтобы выжить, во втором — чтобы успокоить самого близкого человека. В стихотворении, композиционно завершающем книгу, лирический герой ожидает расстрела — и финальная строка эпилога: “что шептал, не слышал то никто” — вносит недоговоренность, но и последнюю ясность, как бы видную лирическому герою, но для читателя остающуюся в затекстовом пространстве. Таким образом, главное находится за пределами повествования — в письме матери следует говорить лишь то, что могло бы способствовать ее душевному спокойствию.

Это повествование внешне сдержанно: в ситуации “подполья” страх проговориться, выдаваемый образами половинчатости: “вполнакала”, “вполоконца”, в этот же смысловой ряд укладываются выражение “плыть по грудь” (встречается в книге дважды) и жест пересаживания “от нагретой лампы” — символизируют, думается, неполный накал лирического высказывания. Вспоминается определение, данное Ириной Роднянской Александру Кушнеру, — “поэт субфебрильной температуры”. Понижение этого градуса к финалам стихотворений приводит к минусовым концовкам:

…Я хотел бы ее ненавидеть,

 как уже не умеет никто,

 и пожухлые рыжие пряди

 нитка в нитку сквозь пальцы цедить…

И чего, как подумаешь, ради

 среди зазимков душу трудить.

Ключевые образы книги — конвоир, женщина-мать и женщина-подруга. Конвоир, на арго обозначенный “вертухаем”, — нечто возникающее в контрасте с Богом и отсылающее к есенинскому “черному человеку”, “мохнатому черному жлобу” Высоцкого, “урке с топором” Бориса Рыжего.

Кусочек черного, тарелка размазни

 и ложка есть — спасибо вертухаю.

 Вы думали: от жизни подыхаю,

 а я живьем иду поверх весны.

Образ подруги неотделим от опасности и тоже почти мистичен. Она может одновременно и “схоронить”, как гоголевская Солоха, и спрятать “в сухих ладонях” и “челке ведьминого коня”, может угрожать преследованием и предательством. Здесь особое значение приобретает цветовая гамма: когда возникает этот образ, преобладает черный цвет: “темный гнилой оскал”, “темная любовь”, “волос — черный завиток…”. Определение “вдова”, которым в нескольких стихотворениях конкретизируется образ, связывает образ подруги с образом смерти; угроза, исходящая от нее, нарастает.

Томна, бела, домишко соблюла…

 Сидим, молчим по двум концам стола.

 И жизни нет, и страшно помирать,

 вдову, что вечер, в жены примерять.

Движение от белого к черному появляется и в другом стихотворении, где подруга “приманивает инистым сахаром”, затем прячет

…в жарком шепоте, в грузном бархате,

 в челке ведьминого коня.

Образ матери как главного адресата лирики Завязкина противостоит образу подруги как сулящий спасение от любой угрозы. В повелительном обращении к матери — “Глаза не мучай, мама” — потребность защитить; к подруге — “Храни меня, в сухих ладонях прячь” — защититься.

Стихотворение, не вполне соотносящееся с “тюремным” сюжетом сборника и потому словно стоящее на обочине, в сборнике одно — но именно оно удивляет обнажением эмоции, переходом к почти автологической речи:

В старом сквере танцуют и шутят.

 В старом сквере нас больше не будет.

 Этот скверик в Советском Союзе —

 он ведь держится только на нас.

 Мы последнее па разучили.

 Нас с тобою опять разлучили.

 Это я, удивленный и русый.

 Это ты с детской челкой до глаз.

Подзаголовок книги Олега Завязкина — “Стихи о смерти и любви”. Поставленная первой, смерть не превосходит любовь, но и не перекрывает ее, а пребывает в гармонии с ней. Смерть воспринимается как временная отлучка, из нее можно вернуться в любовь, которая неотменима. В этой концепции и заключается витальная сила стихов, представленных в книге.

Борис Кутенков

Мария Панчехина: к истории современной донецкой литературы

Кораблёвник: в контексте современной донецкой литературы

 

Кораблёвник – Вольное филологическое общество, существующее в Донецке с 1992 года. Идея возникновения принадлежит Александру Александровичу Кораблёву, доктору филологических наук, заведующему кафедрой теории литературы Донецкого национального университета.

Отличие кораблёвника от обычного литературного кружка можно заметить, если рассматривать заседания этого общества с малой исторической перспективы.

Поначалу авторы и слушатели собирались на филологическом факультете ДонНУ. Здесь намечается тенденция, ставшая традицией: происходит взаимодействие научной литературоведческой сферы с её предметом – поэзией. Этому во многом способствовали выступления преподавателей – ярких и самобытных представителей донецкой филологической школы: А.А.Кораблёва, С.В.Медовникова, В.В.Фёдорова, Э.М.Свенцицкой, И.А.Поповой-Бондаренко.

В первые годы существования общества наметилась и другая специфическая черта: на кораблёвник стали приходить гуру, служители церквей, миссионеры, учители православия. Несмотря на слишком очевидное различие между этими авторами, всё-таки можно заметить едва уловимое сходство. Все они – хотя и с разных точек зрения на мир – стремятся говорить о духовном слове и его воздействии на человека.

За два десятилетия на поэтических вечерах выступали те авторы, благодаря которым начинают говорить о возникновении не столько географического, сколько культурного феномена – донецкой литературы: Наталья Хаткина, Вячеслав Верховский, Светлана Заготова, Люся Константинова, Григорий Брайнин, Владимир Рафеенко, Олег Завязкин, Марина Орлова, Владимир Авцен, Светлана Куралех, Алексей Куралех, Владимир Завгородний, Елена Лаврентьева, Дмитрий Трибушный, Дмитрий Пастернак, Сергей Шаталов.

Здесь открываются и новые имена: Екатерина Сокрута, Анна Грувер, Тимур Хайрулин, Ксения Першина, Маша Пронина, Анна Ревякина, обсуждается «культурний наїзд п’яти молодих бєспрєдєльщіков данецкой укропоезії (Олександр Демченко, Олексій Чупа, Станіслава Орловська, Ірина Метелиця, Віктор Семернін) на літературно-критичних паханів групування «Корабльовник»».

На заседания общества приезжают представители из разных стран и городов: Игорь Пехович (актёр и режиссёр Театра на Таганке; Москва), Вилли Мельников (полиглот, освоил более 100 языков, поэт-экспериментатор, фотохудожник; Москва), Владимир Гланц (поэт-эмигрант; США), Дмитрий Бураго (автор поэтических сборников, издатель; Киев).

Первый выездной кораблёвник состоялся в 21 января 2009 года в Киеве, на улице Банковой, в помещении Национального Союза Писателей Украины. Донецкая команда во главе с А.А.Кораблёвым была представлена следующими авторами: Евгений Мокин, Елена Морозова, Игорь Борисов, Вячеслав Верховский, Екатерина Сокрута, Майя Климова, Екатерина Мирошниченко, Григорий Брайнин, Мария Панчехина. Это событие освещалось на сайтах: Литсовет, Поэзия, Точка зрения, Литературный портал.

В настоящее время Вольное филологическое общество собирается каждую среду в 17.00 в кафе «Бард» (Матросова, 27а) на еженедельный ритуал: послушать тексты нового – возможно, уже знакомого – литератора и, что не менее важно, обсудить эти тексты.

Стенограмма некоторых вечеров, афиши предстоящих событий, а также информация о действующих лицах выложена  на сайте: korablevnik.org.ru.

 

 

Мария Панчехина,

аспирантка кафедры теории литературы

Донецкого национального университета.

…Кенжеев, Тиматкова, Завязкин

Рыба смотрит в окно

Нейроны и нейтроны русской поэзии: Кенжеев, Тиматкова, Завязкин

 

Бахыт Кенжеев. Крепостной остывающих мест: Книга стихотворений.

– М.: Время, 2011. – 128 с. (Русская премия). 

Много ныне есть премий, хороших и разных. И уже потому хороши они, что дают возможность не только поддержать авторов материально, но и позволить узнать о них широкому кругу читателей. Ведь поэтическую книжечку с грифом премии быстрее купят. Известное дело, там уже разные умные и образованные дяди и тети все это проштудировали и дали санкцию – читать стоит. Другое дело, всем ли премиям верить. Но тут уже все определяет разница вкусов. В любом случае для читателей будет нелишним узнать, что с пометкой «Русская премия» вышли три книжечки очень разных поэтов – признанного «зубра» Бахыта Кенжеева, талантливой поэтессы, живущей в США, Марии Тиматковой и донецкого поэта Олега Завязкина. Все они соответственно удостоились «Русской премии», «учрежденной в 2005 году с целью сохранения и развития русского языка как уникального явления мировой культуры». Это книжечки карманного формата, в мягком переплете, единообразно оформленные абстрактными иллюстрациями художника Валерия Калныньша. Но стоит заметить, что одинаковость оформления отнюдь не тушует своеобразие поэтики авторов и даже где-то подчеркивает их внутреннюю несхожесть.

 Тяжеловесные, обильно заправленные философией, медитирующие откровения Бахыта Кенжеева похожи на откровения Пифии, по которым в храме Аполлона предсказывали будущее. Почти в каждом отзвучивает вековая, почти ветхозаветная мудрость: «Лечиться желтыми кореньями/ медвежьей желчью, понимать,/ что путешественник во времени/ не в силах ужаса унять,/ когда над самодельной бездною/ твердит, шатаясь: «не судьба»,/ и уплывают в ночь железные и оловянные гроба». Читаешь эти строки и ловишь себя на мысли: вот, он, собственно, и есть тот самый «путешественник во времени», порой теряющий привязку к взлелеявшей его эпохе. Но стоп, тут все законно – поэзия всегда возвышенна, она парит над квартирной тараканьей суетой. Просто хочется сказать, что, читая стихотворение Кенжеева, часто теряешь продернутый сквозь него пульсирующий нерв, являющийся абсолютным условием поэтического произведения, благодаря которому вздрагиваешь на стыках рифм, как от удара тока.

Мария Тиматкова. Микрорайон.

– М.: Время, 2011. – 112 с. (Русская премия). 

Неудивительно, что ближе по своей пронзительности и явственности в нашем временном пространстве покажутся стихи живущей в США Марии Тиматковой, которая, несмотря на жизнь на чужбине, не потеряла чувства, вкуса русского языка, способности передавать болезненно тонкую ткань ощущений. Поразительно, но в ее стихах не ощущается искусственности, «американскости», если не считать энного числа географических привязок. Может быть, как раз жизнь вдали от родины помогла точнее выразиться и созреть ее поэтическому дару. Помнится, еще в 90-х, живя в России, Мария читала свои стихи в клубе «Перекресток». Читала нараспев, что приближало ее творения к русской песенной традиции: «Гей-гоп!/ Я на пороге/ Большой грусти./ Гоп-ля-ля!/ Но я еще не плачу/ Пока не плачу,/ Гей-гоп!/ Вынимайте свои бинокли,/ Гоп-ля-ля!/ Будет на что посмотреть,/ Обсудить потом». Книжечка Тиматковой называется «Микрорайон»: тут возникают ассоциации и с Москвой 80-х, и с вкрадчиво философским словом «микрокосм», который вызывает ощущение процесса, кипящего на уровне нейтронов, но при определенном направлении способного выбросить энергию ядерного взрыва. Как, например, в стихотворении «Старуха»: «Собрала первоклашка/ Соседу по парте букет./ А соседа-то нет./ И самой первоклашки/ Очнуться – не станет тоже./ На старуху похожа./ В черном платке,/ Заколотом на булавку,/ Пришла посидеть/ К своему старику/ На его лавку <…> Так шарахнуло смертью его,/ Как мячом по окну,/ Как бомбой по крыше;/ Размозжило, перевернуло,/ Поволокло ко дну –/ Ум последний из головы вышел». 

Олег Завязкин. Малява: Стихи о смерти и любви.

– М.: Время, 2011. – 80 с. (Русская премия). 

 

Чтобы довершить картину разноликой троицы, нужно рассказать и про очень интересного автора Олега Завязкина. Интересен он в первую очередь биографией, в которой нашлось место и медицинскому училищу, и филологическому факультету Донецкого государственного университета, и местам не столь отдаленным, о пребывании в которых узнаём из текстов. Собственно, название сборника говорит само за себя. Но при этом мы узнаем, что поэт является главным редактором издательства «БАО» (Донецк). В общем – картина неординарная. Когда начинаешь читать стихи, понимаешь, что по глубине, неожиданности и силе образов, по тосковальной русскости эти зэковские тексты перевешивают ветхозаветного Кенжеева и «американку» Тиматкову: «Улыбку в люди пустил./ Прости./ Линия губ прямая./ Совсем зима./ Что ни день, глубже и глубже дно. / Рыба смотрит в окно./ Молюсь./ Дождь по крышам идет./ Никто меня не найдет,/ Богоматерь… мама… Марусь…» Хочется цитировать почти каждое стихотворение. Несмотря на малый размер, все они поражают цельностью, емкостью высказывания, а главное, в них чувствуется глубинная связь с Русью убогой, с беглым каторжником, который тяжкие цепи влачил в горах Акатуя: «Я знаю, меня не убьют,/ и тело мое не отыщут/ в сухом лозняке через тыщу/ набухших туманом минут./ Живьем добегу до весны,/ а дальше – по ветке, в вагоне:/ ты, я да обозные кони,/ четыре дощатых стены». Или вот: «Я сдал квартиру на Пушкарной,/ Я сдал майданщика с Цепной,/ И ту, с сережкою непарной,/ Что завсегда гнушалась мной./ Их брали утром, серым длинным,/ Мне снилось пять ночей подряд,/ Как плыли сморщенные спины/С руками взятыми назад».

 

Елена Семенова

НГ Ex libris, 2011-08-04

 

«ЛУЧШАЯ КНИГА-2010″

КОНКУРС СОВРЕМЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ  «ЛУЧШАЯ КНИГА-2010″

Среди лауреатов — донецкие авторы:

Светлана Куралех (2 место в номинации «Поэзия»);

Владимир Авцен (3 место в номинации «Поэзия»).

А также — дипломантом конкурса стал альманах «Семейка» (№ 10), издаваемый тем же Владимиром Авценом в городе Вуппертале (Германия).

Подробнее — на сайте «Иммигрантская муза«.

 

Олег Завязкин и его «записка на волю»

«Русская Премия» раздала витамины поэзии

В московском клубе «Улица ОГИ» 19 апреля прошла презентация поэтических сборников лауреатов «Русской Премии» за последние годы. Международный литературный конкурс «Русская Премия» учрежден в 2005 году и проходит при генеральной поддержке Президентского центра Бориса Ельцина.
Благодаря Ельцин Центру, а также издательству «Время» и проекту «Культурная инициатива» книги трех поэтов — «Крепостной остывающих мест» Бахыта Кенжеева, «Микрорайон» Марии Тиматковой и «Малява» Олега Завязкина — увидели свет.
Дата презентации переносилась трижды. Наконец-то двое из трех авторов – Бахыт Кенжеев, живущий в Канаде, и Мария Тиматкова из США — смогли приехать в Москву, чтобы лично представить свои стихи.
Для украинца Олега Завязкина организаторы постараются провести индивидуальный творческий вечер. Тезка поэта, литературный критик Олег Дарк в шутку назвал его отсутствие логичным. Ведь книга Завязкина называется «Малява», и, как известно, означает «записку на волю». А такие письма – не для публики. Но кое-что из «Малявы» Дарк зачитал, таким образом представив и сборник, и автора.
— Меня спрашивают – почему книжки такие маленькие? – поделился своими мыслями Борис Пастернак, генеральный директор издательства «Время». – Но ведь поэзия – не борьба сумо, в которой побеждает самый толстый или тот, что лучше толкается. Поэзия в таких малых, витаминных дозах даже лучше усваивается.
Прилетевшая из Калифорнии Мария Тиматкова перед презентацией немного волновалась: «Слишком много нужно держать в голове, а стихи – тексты многослойные». А стихи Тиматковой, как оказалось – еще и мультижанровые: Мария начала свое выступление с… песен. A capellа, похожих на те, какими давным-давно в деревнях сопровождали различные обряды. Фольклор — одно из увлечений русских в Силиконовой долине. Женщины (почему-то именно жены программистов и, в основном, сибиряков) поют старинные песни и шьют костюмы по чудом сохранившимся лекалам. Возможно, так они пытаются если не вернуться, то хотя бы приблизиться к корням. Эта тема близка и Тиматковой. Сегодня, после любовной лирики и стихов о переезде в другую страну, она вошла в период «Возвращения в детство». Отсюда и название сборника «Микрорайон» — это слово, как и детство, для нее осталось в прошлом.
Бахыт Кенжеев в этот вечер ничего из ранее изданного решил не читать. Но без воспоминаний не обошлось: поэт представил свои новые стихи, среди которых – проникновенные строки о Грузии.
По словам автора и руководителя «Русской Премии» Татьяны Восковской, издательская программа конкурса будет продолжена. В скором времени выйдут произведения лауреатов в номинациях «малая» и «крупная проза».
P.S.: награждение лауреатов «Русской Премии» за 2010 год состоится в «Президент-Отеле» в Москве 27 апреля.

Мария Галина о Наталье Хаткиной

Мария Галина(Москва)

ПТИЧКА БОЖИЯ

Вспомним поэта Наталью Хаткину

«Птичка божия» — так называется один из её поэтических сборников. «Чудо в перьях» — один из двух сборников рассказов. В первом случае речь идёт о ней самой.

Два года назад на открытии Биеннале поэтов в Москве был зачитан печальный мартиролог (что, в общем-то, тавтология). За год мы потеряли столько поэтов, что их памяти было посвящено целое отделение литературного вечера. Некоторых, впрочем, не вспомнили. В том же 2009 году в мае погибла Ольга Рожанская, в августе умерла донецкая поэтесса Наталья Хаткина.

Об Ольге было на «Часкоре», о Хаткиной, кажется, не было вовсе. На «Литкарте» о ней сказано довольно скупо:

«Окончила филологический факультет Донецкого университета. Преподавала русский язык и литературу в сельской школе, работала в донецких газетах, последние 20 лет работала в детской областной библиотеке Донецка. Автор нескольких книг стихов, а также поэзии для детей».

Вот и всё.

Личность можно реконструировать даже и по такой справке, и в общем понятно, что получится, — человек, 20 лет проработавший в детской библиотеке, заведомо любит других больше, чем себя, а литературу — больше, чем себя в литературе.

ЧУЖАЯ БОЛЬ

Можно было бы сказать и о том, что Хаткина принадлежала к людям, сверхчувствительным к чужой боли, к тем, кому нужно для счастья кого-нибудь любить и опекать, хоть ребёнка, хоть стариков, хоть собак-кошек: есть такие женщины, они вечно подбирают на улице котят и бездомных собак.

Но я лучше расскажу о её стихах и прозе (в Москве, по-моему, не вышло ни одной книжки, все в Донецке). О некоторых её книжках я писала. Поэтому мне придётся немного повторяться, но я думаю, это ничего.

Есть поэты, которым, чтобы быть поэтами (а не эпигонами или графоманами), не нужно решать формальные задачи, — это те, которые говорят на одном языке со своим читателем. Именно что со своим (в смысле близким по кругу, духу, отношению к жизни, социальной страте и т.п.). Система паролей, неуловимых и непонятных для постороннего, здесь срабатывает прекрасно.

Надо посуду вымыть, а тянет разбить.

Это отчаянье, Господи, а не лень.

Как это тяжко, Господи, век любить,

каждое утро, Господи, каждый день.

Был сквозь окно замёрзшее виден рай.

Тусклым мочёным яблоком манила зима.

Как я тогда просила: «Господи, дай!»

— На, — отвечал, — только будешь нести сама.

Это уже хрестоматийное стихотворение из её небольшой подборки в «Арионе». Всего в московских журналах у неё вышло три публикации — две в «Арионе» и одна в «Октябре».

Кажется, её стихи — и статья о ней — вошли в антологию Евгения Евтушенко «Десять веков русской поэзии» (публикация в «Новых Известиях»), и спасибо ему за это, она это заслужила, хотя уже никогда об этом не узнает.

Когда я слышу гаммы за стеной,

я мучусь неизжитою виной.

Мне мама в детстве говорила с чувством —

коль я не овладею сим искусством,

то стану бедной, старой и больной.

И это всё произошло со мной.

Поэтическое поколение, чьи самые продуктивные годы (скажем, с 20 до 35) пришлись на 70—85-й годы прошлого века, было не самым удачливым, уже хотя бы потому, что это время отличалось чудовищной вязкостью среды.

Если в столицах можно было ещё худо-бедно найти единомышленников и дышать, то в провинции пишущим людям оставалось лишь отыскать себе нору: достойную профессиональную нишу, позволяющую существовать независимо в первую очередь от местных литературных чинов, обычно не просто консервативных, а агрессивно-консервативных.

Здесь тоже складывались свои круги и заключались союзы, но единомышленники подбирались в основном среди неудачников, или, как теперь говорят, лузеров, если глядеть с общепринятой точки зрения. Одно из самых горьких стихотворений Хаткиной так и называлось — «Полуинтеллигент».

Всё боялся обидеть, толкнуть, ненароком задеть,

извинялся и кланялся, втягивал шею по-птичьи.

Стыдно в лица глядеть, стыдно старые туфли надеть…

Жизнь пропала, чудак! Ни к чему соблюденье приличий.

И наймись в сторожа — раз в три ночи ты будешь ходить

в колотушку стучать у забытого склада

и прибившейся кошке — а кошка прибьётся! — твердить,

что теперь наконец ничего тебе в жизни не надо…

Поэтому она с такой радостью приняла интернет — «Стихи.ру», может, и не самый лучший литературный ресурс, но он позволил нескольким достойным людям выйти за пределы узкого круга. Наталья Хаткина была в их числе.

И «Живой журнал» был для неё таким же местом общения и свободной публикации. ЖЖ-юзер cambala (сейчас этот журнал ведёт её дочка Маша, тоже поэт) была тысячницей. Хотя писала она там, в общем-то, обычные вещи, бытовые зарисовки. Про собачку Соню. Про котика Шимми. Про внука Давида. Про то, что жить трудно, но надо.

НА СТОРОНЕ СЛАБЫХ

Почему она так мало публиковалась, во всяком случае в столичных изданиях, уже в постсоветское время? Не знаю. Но факты есть факты: Хаткина так и осталась со слабыми, с непристроенными — что, в общем-то, нормально.

Когда поэт переходит на сторону сильных, он поэтом быть перестаёт. Её цитированные-перецитированные, растащенные по всему инету рождественские сказки полны горькой иронии:

Когда огнями дразнят нас витрины, и скидку объявляют магазины, и всюду распродажа Рождества, мы в чудеса — как будто дети, верим, глядим в глазок: «Кто это там за дверью?» — и прямо на пороге ждём волхва.

Увы, бедны фантазии миры у бедных: всё нам мнится, сквозь ненастье три новых русских на Звезду несчастья несут свои волшебные дары.

Очень трудно точно определить, что такое хороший человек (хотя интуитивно всем это понятно). Но в первую очередь это человек зоркий. Ошибкой будет считать, что хороший человек должен носить розовые очки и видеть везде и во всём только хорошее, — это не хороший человек, а просто дурак. Наталья была очень зорким человеком. Иногда беспощадно зорким.

Для рассказчика это необходимое качество. А рассказчик она была не менее сильный, чем поэт, разве что, пожалуй, более жёсткий и ироничный.

Два её сборника рассказов, вышедшие опять же в Донецке, демонстрируют (с той скидкой, что некоторые из них, самые оптимистичные, писались для дамских журналов) такое печальное, такое безыллюзорное понимание людей, что не дай бог опознать себя среди персонажей.

Например, рассказ «Две подруги акробатки» (о двух заклятых подругах: сильной, хитрой, удачливой и слабой, невезучей, попавшей, до какой-то степени заслуженно, в чудовищную зависимость от товарки) способен украсить любую антологию. Да и не он один. Её персонажи — амбициозные провинциалы, лгуны, дамы «с претензиями», бестолковые, несчастные, виноватые/невиноватые люди — составляют если не энциклопедию провинциальной жизни конца века, то по крайней мере хорошее справочное пособие.

Хаткина и на себя была способна посмотреть со стороны (у неё есть целая серия смешных прозаических миниатюр о поэтессе Х.).

О писателе и поэте можно говорить в настоящем времени, это не бессмертие, но всё же что-то похожее, эффект присутствия, постоянно разделяемое поле зрения, телепатия посредством экрана монитора или бумажного листа.

«Птичка божия» — так называется один из её поэтических сборников. «Чудо в перьях» — один из двух сборников рассказов.

В первом случае речь идёт о ней самой.

Николай Анисимов о книге стихов В. Котлярова и А. Овчаренко «Немое время».

В ситуации столкновения старого и нового, детей и отцов, а мои реакции на эту книгу и есть такая ситуация, легче всего отцам назвать мнение противоположной стороны назвать «бредом» или чем-то в этом роде и тем самым легко отделаться. Но данная книга и отдельные моменты ее содержания достойны иного подхода.

Поскольку собрать в одно законченное целое суждения об этой книге требует больших затрат времени и усилий, позволю себе ограничиться изложением впечатлений и суждений, возникающих у меня по ходу внимательнейшего прочтения этой книги.

Читать дальше

Кораблевник, 1992-2019 Creative Commons License
Для связи: ak@korablevnik.org.ru