Кораблевник

Хармсовский вечер: Иван РЕВЯКОВ: водевиль; Михаил ЮЖЕЛЕВСКИЙ: всякое (20.XII.2006)

Иван Ревяков объявил, что Хармс – герой его диссертации, и в качестве подтверждения прочитал свой водевиль «Конец Бобрикова». А жанр текстов, которые читал Михаил Южелевский, определить было невозможно…

Обсуждение

- Необычно, неожиданно, ни на что непохоже… (М. Панчехина).

- Мы привыкли думать, что литература отражает жизнь. И трудно было от этого избавиться. Ничего она не отражает. Пушкин был очень неполиткорректен. Взять хотя бы его «Гаврилиаду»… Кто-то сказал: Господь поругаем быть не может. Солнце нельзя затемнить. Мы смотрим через цветные стекла разного цвета. Для истинно верующего вопрос богохульства не стоит… (А. Максименко).

- Все, что слышал, – все прекрасно, все необычно!.. (Александр).

- Патология бывает правая и левая. Но есть патология патологическая. Сублимация эроса. Ваня, у тебя эроса очень много… (Д. Сысоев).

- По доброй воле ни одного, ни другого слушать бы не стала. Сегодня был балаган. «Старуха» – единственное произведение, которое прочитал мой сын до конца… Ревяков разрушил мои стереотипы. И я стала ходить на это общество… (Лена).

- То, что услышал, света мне не принесло. Это не для меня (Д. Макарчук).

О хармсиаде Ревякова:

- Мозги заворачивались… Живо, ярко, многопланово… (Е. Мирошниченко).

- Понял, что правильно Хармса репрессировали… Слава Богу, никуда это не выйдет. Я человек не религиозный, но нельзя это трогать. А ты задел всех… Очень уж распоясался… (А. Чушков).

- Вспомнился «Герой нашего времени». С точки зрения попытки преобразования мира – нет попытки. Жалко героя? Не жалко (Е. Приходько).

О хармсоидах Южелевского:

- Мозги так же вывернулись… (Е. Мирошниченко).

- Ни слова не понял… (А. Чушков).

- Сумасшедший поток сознания, рифма рваная, но цепляет… (Е. Приходько).

А.К.