Кораблевник

АРСЕНИЙ (24.X.2007)

О себе рассказывает сдержанно: родился в 1981 году, в городе Донецке, в больнице Вишневского; образование неполное медицинское, работал в психбольнице…

- Расскажите о своей жизненной позиции (Е. Морозова).

- Этот вопрос мы с вами не репетировали…

- Приоритеты в поэзии, в литературе? (Ю. Кононенко).

- Не хочу оглашать… В свое время отмел все авторитеты, кроме Александра Александровича Блока.

- А сейчас?

- Начинаю продолжать ту традицию, которую начал учитель.

- Символизм?

- Я не помню такого, чтобы он идентифицировал себя как символист. Поэта нельзя вписать ни в какое литературное течение, если это действительно поэт. Другое дело, что он использует определенные приемы в своем творчестве. Символизм – для Блока, для меня, но не наоборот. Символизм можно подписать под Блоком, но не наоборот.

- Роль звучания? (А. Максименко).

- Звучание не менее важно, чем логический или символический смысл.Но пока не получается озвучить стихи так, чтобы позиция стала ясной.

- Вас ведут стихи или вы их? (Е. Морозова).

- Конечно, они меня. А на более высоких уровнях нет таких отношений – ведущего и ведомого.

- Согласны ли вы со словами Мандельштама, что главное в стихах – неожиданность? (Е. Морозова).

- Об этом мне толковал и Свенцицкий. Я не знаю, что это. Я не боюсь предсказуемости.

- Как вы относитесь к стихорастению? (М. Южелевский).

- Если стихотворение лишено большинства признаков, присущих поэтическому произведению, – это может быть названо «стихорастением». Ни одна сущность не может воплотиться без матрицы. Да, поэзия тайна. Я не знаю, как это развивается… Но если в моем сознании не подготовлена матрица, то получится стихорастение. Я не пишу таких стихов.

- А что такое матрица? (М. Южелевский).

- Это культура, воспитание, школа.

- Вы часто меняете строки, строфы? (А. Максименко).

- Строфу не меняю никогда. Это образно-понятийная глыба, которую никуда не денешь. Строчка меняется чаще. Только одно слово попадает в десятку… Иногда приходится делать подпорки. Когда слово попадает в девятку. Казаться не может: или есть, или нет. Есть центр мишени – и периферия. Всегда найдется слово, которое найдется.

- Единственное?

- Единственное.

- Тогда лишается смысла творчество. Можно создавать машину… (А. Максименко).

- Да, можно. Но это должна быть машина, которая может писать между строк. Даже в основном между строк. Но это труднее, чем Богу создать человека.

- Подвержены ли вы сомнениям? (Е. Морозова).

- Стихи для меня не все. Есть еще ремонт.

- Я имела в виду: вы сомневающийся человек?

- Очень сомневающийся.

Обсуждение

- Отдельные стихи понравились. Но неясно, как это связано с Блоком. Скорее с Пастернаком (Ю. Кононенко).

- Мне проза гораздо больше понравилась (В. Котляров).

- Очень понравилось. Органичная манера. Тексты потрясающие, красивые, напевные. Понравилось, как вы говорили о Блоке. Не похожи на современников. У вас есть ответственность. Вы из тех, которые чувствуют направление, по которому идти (М. Панчехина).

- Третий раз слушаю Арсения. Личность-загадка. Мысли калейдоскопичны. Сейчас мысль о приоритетах не актуальна (Бродский о Рейне) – много источников. Не пойму: ваша манера чтения помогает восприятию или портит? Что не понравилось: слова с низкими энергиями. Но это – мои вкусы. А вообще вы мне очень симпатичны (Е. Морозова).

- Выступление очень отрадное. Стихи замечательные. Настоящий творческий человек. Сказал несколько поразительных вещей. Манера – естественна. «Высокое юродство», «шаманство», «магия» – единственный способ передать стихи. Но хорошие стихи не надо педалировать… Блок умер так давно, что он уже не покойник. Очень тяжело слушать хорошего поэта… (В. Верховский).

- Принадлежу к давним поклонникам Арсения. Нравится, что есть органика человека и поэта. Но мне показалось, что не всегда форма в гармонии с содержанием… (А. Куралех).

- Я сегодня пришел не зря. Были настоящие стихи. Удивил, когда сказал о единственности слова. В дальнейшем тебе грозит неудовлетворенность своим продуктом, многовариантность одного стихотворения… (А. Максименко).

А.К.