Виктор ШЕНДРИК (Артемовск): стихи; Михаил КВАСОВ (Луганск): песни (30.III.2011)

Виктор Шендрик. Талант большой, но расточительный.

Первоапрельское заседание театра вольного филологического общества «Кораблёвник» состоялось 30-го марта. И гости на этот раз приехали издалека — если мерить мерками Донбасса — из Артёмовска и Луганска.

И гости — какие! Харизматические тематически-многогранные литературные мэтры — Виктор Шендрик и Михаил Квасов.

Михаил Квасов и Виктор Шендрик

Пусть завидуют те, кто не пришел-поленился-пролежал, потому что встретить-услышать-вступить в диалог с авторами такой энергетики и (здесь просится модное словечко) креативности, дано не каждый день.

Виктор Шендрик. По семейным преданиям имеет шведские корни. Любит писать стихи с эпиграфами, которые (эпиграфы) иногда придумывает сам. Изобрел жанр «маразмиада».

Инженер-механик. Редактор литературного портала «Истоки». Восемь книг. Среди них роман, сборник рассказов и стихи.

Виктор Шендрик

Работать на сцене с Шендриком легко и приятно. Он и сам мастер ведения концертов и литературных встреч.

— Мне одна женщина сказала, — говорит Виктор, — ты знаешь, я, когда не была с тобой знакома, тебя боялась. Ты такой угрюмый, такой суровый мужчина. Ну, как наши челябинские мужики! Ну, а сейчас, когда познакомилась… сейчас нормально.

Когда Виктор узнал, что встреча будет приурочена к Первому апреля, с одной стороны вздохнул с облегчением, что не нужно «везти весь свой тяжелый рок, сотрясать воздух, громыхать, а с другой стороны задумался: юмор…»

Вспомнил Сергея Довлатова: «Юмор — это инверсия разума».

— Сказать о себе: я — юморист, — говорит Виктор, — это сказать: я — умный… Как-то, воспитание не позволяет. В области чистого юмора я не работаю. Это, скорее, ирония, сатира, сарказм. Много повода для написания сатирических вещей дает злободневность, хотя, по большому счету, это, наверное, не поэзия, это — то, что я пишу на злобу дня, это, скорее, — зарифмованная публицистика.

 

А тут, уж, судить слушателю. Звучала ли полтора часа в кафе «Бард» зарифмованная публицистика или все же поэзия.

На Руси иногда рождаются в рубашке, в Индии с браманическим шнуром. Миша, похоже, родился с гитарой. Так они спаяны и органичны — гитара и Квасов!

В течение вечера звучали песни на стихи Виктора Шендрика «В парикмахерской», «Песенка о театре», «Если вдруг тебе совсем плохо…», Владимира Авцена и, конечно. авторские.

 

ВОПРОСЫ:

Василий Толстус:

— Вопрос один: что новенького? Что сегодня услышал — это я уже всё слышал.

В.Ш.:

— Я уже говорил с самого начала о тематике, и то — ты не все слышал.

В.Т.:

— Как-то по телевизору показывали песенный комический фестиваль, и попал туда замечательный поэт Валера Винарский, он выглядел как-то странно…

В.Ш.:

— Я странно выгляжу?

В.Т.:

— Мы знаем, какого калибра этот человек. И попал в такую вещь. Виктор Николаевич, кроме темы, которую он заявил, выступает и в серьезной тематике… А жаль, а жаль…

 

Записка из зала:

— Кстати, Шендрик, как ваша фамилия?

Хохот в зале.

Витя демонстрирует паспорт. Комментирует:

— Совершенно недавно узнал, что в Брянской области есть очень большое село Верещаки. Фамилия Шендрик появилась в этом селе после 1709 г., когда туда были определены на поселение пленные шведы.

 

Наталья Мягкова:

— А можно еще вопрос. Биографические сведения, образование, чем занимаетесь в жизни?

Виктор стал перелистывать сборники в поисках стихов на заданную тему.

Михаил Квасов:

— Сейчас человек все зарифмовано о себе расскажет.

Длинная пауза. Витя в поисках. Бубнит про себя:

— В миру-то я инженер, хоть и хреновый, но зато с дипломом. В Артемовске родился, не считая службы в армии, всю жизнь там и прожил…

М.К. комментирует, наблюдая метания поэта:

— Какой сложный вопрос девушка задала.

Наконец автобиографические стихи найдены. И зачитаны.

 

Владимир Придатько:

— Как часто бываете в подвалах Артемовского винзавода?

В.Ш.:

— За 54 года два раза. Да. Вот, приезжали датчане. Мы водили их, сопровождали с партией зеленых.

Павел Сердюк:

— Датчане поддали?

Оживление.

 

Алексей Вуль:

— Для кого вы пишете? Что вы ждёте от читателя? Каков ваш идеальный читатель?

В.Ш.:

— Я пишу, сколько помню себя. Другое дело — качество написанного. Тогда я не задумывался, для кого я пишу. Ожидаю ли я обратную реакцию? Мне приятно видеть вас. Знаете почему? Потому что, когда я в Артёмовске провожу подобные встречи, я мечтаю увидеть незнакомое лицо. Хотел, чтобы больше молодежи присутствовало.

А.В.:

— Чем отличается большой поэт от просто талантливого?

В.Ш.:

— Не возьмусь ответить на этот вопрос. Самые дорогие минуты в моей жизни: помню просто телефонный звонок. Я беру трубку, говорит женщина, я её не знаю, по возрасту не молодая: «Спасибо вам, ваши стихи помогли преодолеть трудный период жизни». Очень трогательно и очень приятно.

 

Голос из зала:

— В Интернете не пробовали выкладывать?

В.Ш.:

— Мои стихи вывешены на многих сайтах. Не упущу случая прорекламировать и свой литературный портал «Истоки». Он в развитии. Ориентируется на культуру. О нашем городе. Широко открыт, и я приглашаю всех, персональную страницу сделаю каждому.

 

ОБСУЖДЕНИЕ

Павел Сердюк:

— Я — просто восторженный! Что меня поражает — огромное количество слов, которым Виктор пользуется. Понятно — искусство поэзии требует слов. Но такого количества мало у кого можно встретить. Благодарю и жму руку.

 

Инга:

— Очень понравилось! Современно, остро! И лирика, и политика. Своеобразное ироничное видение мира. И, действительно, большой словарный запас. Очень понравилось.

 

Людмила Буратынская:

— Меня поражает количество тем. Нет такой темы, на которые Виктор не мог бы написать и отозваться. Вот это, по-моему, здорово! И когда он выступает, зал его всегда принимает очень хорошо. Он очень многогранен! Я желаю Виктору творческого натхнення! И ещё, и еще стихов! Сегодня я слушала, и мне хотелось слушать ещё и ещё!

 

Василий Толстоус:

— Во всем, что Виктор Николаевич сегодня читал, самая главная тема, которая сегодня звучала, — это тема Виктор Шендрик! Все о нем, все через душу пропущено, все написано, как пишут те люди, которые знают, что у них внутри, знают, как сказать! И Бог дал Виктору Николаевичу талант! Талант очень большой. Может быть, несколько расточительный по количеству тем, но меня больше всего поражает то, что я сам делать не могу, то, что очень серьезные умные вещи он может рассказать иронично. Все, о чем он пишет, все буквально пронизано тонкой иронией, и по этой иронии Виктора Николаевича можно узнать. Спасибо, Виктор Николаевич! Твори дальше!

Также я очень давно и хорошо знаю Михаила Квасова. Был в прошлом году в Луганске на его 50-летии, Оценил масштаб личности. Масштаб личности большой. Если бы был его отдельный вечер, вы бы поняли.

 

Владимир Придатько:

— Мне очень нравится то, что эти два человека нашли друг друга и друг друга дополняют.

 

Вячеслав Верховский:

— Во-первых, я хочу поблагодарить за то, что вы откликнулись, приехали. Артемовск далеко. Луганск ещё дальше. Тем не менее, вы в отличие от тех, кого мы… а чего вы встали?

В.Н. и М.К.:

— Ну, мы слушаем. Мы слушаем!

— Я, как завсегдатай «Кораблевника», хочу сказать, что иногда люди, когда их приглашают, набивают себе цену, выкодрючиваются, цены себе не сложат, а вы тут же согласились.

О том, что вы сегодня показали. Я думаю, ваше выступление в канун Первого апреля оказалось оптимальным. Мне очень понравилось, что ваши стихи, казалось, на злобу дня, но злобы в них нет, а есть доброта. Нет ссученности, нет ненависти, нет стервозности, которая иногда срывается – может, это и хлёстко, может, это и остро, но не по-доброму. А жизнь очень короткая, и ничего не остаётся, как быть добрым.

Дальше не могу не согласиться с Михаилом, который сказал, что ваши стихи как сюжетные картинки. И это действительно так. Мне нравится сюжет, мне нравится смотреть за развитием героев и т.д. и т.д. Что мне не хватило в вашем выступлении… К счастью, Лена Морозова передала мне несколько месяцев назад ваши тексты. Я поразился, насколько они замечательные! Маленькие такие. Но настолько остроумные, смешные. К сожалению, вы прочитали их очень немного. А там было что читать! Я так радовался: качественный текст, высокий уровень, есть дивные миниатюры! Вы их почему-то не прочитали.

Не все стихотворения мне понравились. Может, я просто не расслышал из-за расстояния, но критиковать мне вас не хочется, потому что столько доброго, умного и очень остроумного в ваших текстах. Кстати, их замечательно исполнил Михаил. Я думаю, что ваш тандем будет иметь успех и на более широких площадках. Я вам очень благодарен. Я время провел не зря. Я не сбежал. Как это часто делаю, когда мне не нравится. Спасибо, что вы приехали. Будем ждать и вас, и ваши тексты.

 

Евгений Бабенков:

— Хочу отметить, прежде всего, виртуозное владение словом. Очень важно, что это все подается с юмором. Создается сильное впечатление! Все вдвойне усиливается благодаря музыкальному сопровождению. Очень понравилось! Желаю вам больших успехов! Спасибо!

 

Александр Чушков:

— На поэта я опоздал. Те два его стиха, которые услышал, они были с претензией на юмор. Я там никакого юмора не услышал, а вот музыкант мне понравился. Песни отличные! Конечно, музыка создана по принципу «нот-то семь», но и хорошо, что она создана по такому принципу, что все вот эти звукосочетания знакомы и хорошо. Потому что, когда бард начинает что-то такое выпендриваться, сочинять, какую-то необычную музыку, обычно получается лажа. А когда он в этом русле действует, то очень хорошо. Оно мою русскую душу цепляет. И тексты хорошие.

Я потом узнал, что он ещё до того, как я пришел, пел. Я бы поторопился, потому что музыкант отличный, песни понравились.

В.В.:

— Так это этого же поэта и тексты.

А.Ч.:

— Значит, вот чего не хватает поэту. Музыки!

 

Анна Ревякина:

— Я хотела бы начать с поэта и писателя. Я хочу сказать о рассказе. Думаю, что ваш рассказ, конечно, нашел аудиторию. Мне кажется, что вы можете развивать медицинскую тему. Вам можно было бы приложить ваш мастерский слог именно к таким сюжетам. Что касается ценности литературной. То, что я увидела, так это то, что в этом рассказе были очень хорошие выводы. Они мне понравились.

Два стихотворения, на которые я бы хотела обратить внимание, это — о драконах и там, где была скрытая цитата Маяковского. Мне кажется, что в действительности вы обладаете огромным потенциалом, словарный запас у вас тоже велик, и, мне кажется, что вот к таким скрытным цитаткам прибегать не стоило. Вы могли бы как-нибудь по-другому реализовать и выразить эту же мысль. Я не хотела ни в коем случае вас обидеть. В целом мне понравились ваши стихи. Я бы хотела и дальше знакомиться с вашим творчеством и, скорее всего, познакомлюсь.

 

Алексей Вуль:

— Что мне понравилось в ваших стихах – провинциальность. Я — провинциальный читатель, для меня провинциальность — комплимент, достоинство, и я люблю провинциальность гораздо больше столичных штучек. То, что многие современные поэты уходят от социального контекста, воспитательного контекста литературы, для меня это большой минус. И меня обрадовало, что у вас этого нет. Вы лишены бесполой асоциальности. Я считаю, что литература должна влиять на жизнь людей.

 

Лара Песенка:

— Спасибо большое за приглашение! Действительно был приятный вечер! Стихотворения, когда хочется и посмеяться, и за душу щиплет. Наверно, самый главный критерий, который говорит о качестве стихов, а тем более, когда они подтверждаются великолепной музыкой! Спасибо большое!

 

Елена Морозова:

— Мне кажется, что сегодняшнее заседание состоялось. У нас в гостях были великолепные поэты, замечательные люди, просто мои друзья, чьё творчество я давно знаю и люблю.

 

Михаил Квасов:

— Спасибо! На порку это не похоже. Это публичное забрасывание пряниками.

 

Виктор Шендрик:

— В этих стенах я четвёртый раз выступаю. Звучали другие стихи, другие песни. Сегодня пришлось себя однобоко показать. Такой у нас праздник — Первое апреля. Всем спасибо! Отзывы очень доброжелательные. Поверьте мне, что я тот человек, который больше всего знает недостатки своей поэзии. И второе: Миша сегодня оказался на подтанцовке. Я его попросил мне помочь. Может, он будет где-то выступать, я приезду, буду сидеть зрителем. Всем спасибо.

В.Верховский, В.Толстоус, В.Придатько

А.Вуль и В.Шендрик

В. Шендрик, С. Белый, Е. Морозова

В. Толстоус, П. Сердюк, В. Шендрик, Татьяна

Е.М.

 

ВИКТОР ШЕНДРИК

 

 

* * *

В тихоходы бы, в тихоходы! –

Вот такую взрастил мечту.

Опасался б дурной погоды,

Осторожно б ступал по льду.

 

Не мочалил бы в спешке нервы,

На обгон бы не шёл в пути –

Я давно не хочу быть первым,

Я всего-то хочу – дойти.

 

Тихоходу не страшен случай,

Не известен азарт игры.

Тихоходы, они живучи,

Обстоятельны и хитры.

 

И недаром, не без злословья,

Плотно взяв меня в оборот,

«Плюнь на всё – береги здоровье», ;

Поучал один тихоход.

 

Я резоны искал в совете,

Соглашался, плевал, берёг…

Выбривал меня встречный ветер

И валил с онемевших ног.

 

Не мотать бы мне километры,

Мне б понежиться на лугу.

Только я не могу без ветра,

Я без скорости не могу.

 

Не по мне помирать от сплина,

И пока я не сел на мель,

Не терплю, если чьи-то спины

Мне в пути заслоняют цель.

 

Что нам милости от природы!

Что придуманный кем-то рай!

В тихоходы бы, в тихоходы…

Помечтай, дружок, помечтай!

 

* * *

Бьются в тесных сетях молчаливые рыбы,

Рвутся, в давке ломая хребты.

Эти, в лодке, ещё не примерили нимбы,

И ещё не ушли от воды.

 

От воды и грехов, от забвенья и плоти, –

Что возьмёшь с просветлевших голов! –

Их вот-вот уведёт обезумевший плотник,

Посулив настоящий улов.

 

…Так они и прошли анфиладой столетий.

Поистлели у моря челны.

Только тот, кто умеет забрасывать сети,

Не имеет стыда и вины.

 

Вижу, кто-то сжевал свои губы на дыбе,

Кто-то жил от тюрьмы до тюрьмы…

Бьются в старых сетях не безмолвные рыбы,

Бьёмся в них бессловесные мы.

 

Знаю, в этих сетях не отыщешь прореху,

Не прорвёшься, кричи не кричи!

Верю, рано эпоху отринуть как веху,

Коль в почёте её палачи.

 

Вот он, лодки песками изъеденный остов –

Благоденствие глупых людей.

Я уже не рыбак, я ещё не апостол,

Дай мне, Боже, терпения, силы и роста

И не дай мне коснуться сетей!

 

* * *

Мне не виллу на Канарах,

Ни в премьеры, ни в гаранты.

Я б хотел служить в гусарах,

Грудь украсить аксельбантом.

 

Слыть бретером и рубакой,

Быть решительным и стойким

И кричать «ура» в атаках,

И главенствовать в попойках.

 

На параде на кобыле

Гарцевал бы знаменитым,

Предварительно б от пыли

Чистил кивер, весь избитый.

 

Проникал тайком в альковы,

Разводил вокруг амуры

И писал стишки в альбомы

Заневестившимся дурам.

 

Ни к гаранту, ни к премьеру

Не имею укоризны,

Мне бы в бой пойти за веру,

Государя и Отчизну.

 

И погибнуть под Парижем,

Не вернуться из похода…

В общем, как-нибудь не выжить

До семнадцатого года.

 

* * *

А май затеплил на каштанах свечи –

Чего не сыщешь в скороцветье мая?

В моих руках доверчивые плечи,

И я свечу с каштана обрываю,

Чтоб подарить зеленоглазой этой,

Ещё не больше трёх часов знакомой,

С которой без прощального привета

Мы вдруг исчезли из чужого дома.

Там было шумно, людно, бестолково,

И мы, устав от этой суеты,

Ушли уже в обнимку – что ж такого!

Вот я и взял у города ночного

Попавшиеся под руку цветы.

Май догорел, ушёл – не отзовётся,

Уже рукой подать до холодов.

Со старых улиц скоро донесётся

Весёлый стук каштановых плодов.

Мы погрустим об уходящем лете,

Листву каштанов осень ветром слижет…

А та свеча всё светит нам и светит,

А плечи всё доверчивей и ближе.

 

* * *

Это, к сожалению, не бред,

Если – хоть фиглярствуй, хоть юродствуй –

С жизнью обретаешь паритет,

Утверждаясь в позднем сумасбродстве.

 

Не остыв от диких кутежей,

Вдруг поймёшь, страшась очередного,

Что из дому прогнаны взашей

Вера, вдохновение и слово.

 

Слова нет, зато в избытке – слов.

День-деньской они, как на аврале,

Метят в направлении голов

И уже во многие попали.

 

Вот мы и, гульнувши на пятак,

Кроем по ломящей зубы теме,

Что живём, мол, так-растак, не так,

Что не там живём, мол, и не с теми.

 

В общем, интересное кино!

Кто мешает нам и где преграда,

Если жить, как надо, не дано,

То не жить хотя бы, как не надо?

 

Вот и трудно выговорить “нет”,

Вот и неуютно у барьера…

Дорого оплачен паритет –

Словом, вдохновением и верой!

 

* * *

Устав от бурь и потрясений,

К кому спешить за добротой?

Во все века заманчив гений,

Но гений зачастую – злой.

 

Скорее сыщешь благодарность,

Слагая оды пустоте,

Не помня как бы,

что бездарность

Бездарна даже в доброте.

 

 

8-06

Вот ещё один июнь синий,

Тополиный пух и вновь – дата.

Даже голову слегка клинит,

Чтобы дате той задать ладу.

 

Не спешил, не увидал края,

И не веет запашок трупный,

Но такая вот цифирь злая,

Что отнять, что разделить – трудно.

 

Было дело, у костра пели,

А теперь и осознать жутко.

Не подарят мне уже велик,

И уже не позвонит Людка.

 

По дворам я не брожу с торбой,

Но давно уже убил начку.

Мне по этим временам скорбным

Подарили б сигарет пачку.

 

Да в подарках этих что толку!

То пропью, а то сношу к стужам.

Мне другое, мне б узнать только,

Может, я ещё кому нужен.

 

Может, я не докричал роли,

Озорной не расплескал злости?

Пририсую я звонкам нолик,

Напрошусь к кому-нибудь в гости…

Обсуждение

апрель пишет:

5 апреля, 2011

Да, поєт понравился.Чисто мужские стихи. Прочла с интересом.

TrackBack URL

Оставьте комментарий:

Кораблевник, 1992-2019 Creative Commons License
Для связи: ak@korablevnik.org.ru